Невеста Моцарта

— Хочу кое-что украсть.

— В каком смысле? — застыла она в недоумении.

— В самом прямом, — подтянул я её к себе за бежевую кофту и расстегнул замок. — Эта одежда не подойдёт. Есть у тебя что-нибудь потемнее?

— Нет, — оглянулась она, сама вытаскивая из рукавов руки.

— Ясно. Ну тогда примерь вот это, — снял я с себя толстовку и накинул на неё.

Она засмеялась: рукава висели как у Пьеро.

— Ничего. Маленько подкатаем, — завернул я один, потом другой. Натянул ей на голову капюшон. — Отлично. Выглядишь как настоящий грабитель!

— У меня есть ещё. Пошли, — потянул я её за руку.

— Сергей, ты шутишь? — едва поспевала она за мной к вертолётной площадке. Я на ходу застёгивал такую же точно, как на ней, чёрную толстовку, за которой пришлось вернуться. За ней и кое за чем ещё.

— Я похож на шутника? — открыл я дверь вертолёта, и подсадил Женьку на место рядом с пилотом. — Но ты можешь отказаться.

Она раздумывала секунд пять.

Но любопытство оказалось сильнее…

В том, что здание «MOZART» она не узнает, я даже не сомневался: сверху всё выглядело совершенно не так, как снизу. А на вертолётную площадку на крыше она сама не пошла, когда сбежала, поэтому тоже видела её первый раз. Теперь ещё бы мои люди, получившие приказ сидеть тихо и не попадаться на глаза, не напортачили. Но в них я верил больше, чем в свою неожиданную затею.

На то они были и мои люди, чтобы выполнять приказы беспрекословно и в точности: на крыше нас никто не остановил.

Я прижался к выступу стены. Оглянулся по сторонам, делая вид, что всё же опасаюсь охраны. И резко рванул на себя дверь:

Я перепрыгивал через две ступеньки. А она бежала за мной по лестнице, часто топая. Или громко сопела, со всей силы стараясь ступать неслышно, пока мы крались по коридору к грузовому лифту. В общем, нас бы уже давным-давно засекли, но, оказалось, это была такая интересная игра, что мы оба невольно в неё втянулись.

— Дай пять! — поднял я ладонь, когда лифт с громким шипеньем тронулся. — Мы внутри!

Она стукнула по ладони, скинула капюшон, вытерла пот, выступивший над верхней губой. Руки у неё заметно тряслись:

— А если нас поймают?

— Нас не поймают, — натянул я ей обратно на голову капюшон, надел налобный фонарик, что прихватил с собой, включил свет и встряхнул её за плечи. — Доверься мне! Но дальше будет труднее. Готова?

— Да, — кивнула она, слепя меня неоновым светом.

Я надел свой фонарь. Дождался, когда загорится кнопка второго этажа и остановил лифт.

Как же этот засранец выбрался наружу?

В поисках чего-нибудь подходящего я раскидал кучу мешков с грязным бельём, что вечерняя смена горничных кидала в лифт, чтобы утром его разгрузили в прачечной. И ведь нашёл! Небольшую складную стремянку у самой стены, всего на три ступеньки, но этого было достаточно.