Ночная

И поняла, что славной девочки Эйвери Сабинн, мечтавшей стать помощницей целителя и помогать при школе, где училась Ясмайн, все-таки не стало. Тангарра проглотила ее, пережевала и выплюнула — потому что Тангарре она тоже не подходила.

- И какие мысли? — Рэвен тут же подлил вина мне в бокал и потянулся за сыром.

- Невеселые, — честно призналась я.

Раинер сосредоточенно смотрел в свой бокал, словно надеялся обнаружить там ответ на аналогичный вопрос — для себя самого.

- Не думала запросить перевод в подразделение теормага? — поинтересовался лейтенант. — Ты провела на Тангарре два года, видела применение боевых литаний воочию и наверняка сможешь помочь в разработке контрзаклинаний, когда Раинер вернется домой.

Храмовник бросил на него косой взгляд и залпом выпил свое вино, не дожидаясь тоста.

- Думаешь, примут? — с сомнением уточнила я. — Курс теории магии я закончила, конечно, но диплома об образовании у меня нет.

- После закрытия дела о готовящемся покушении на Эмори мне придется уволиться со службы и уехать в графство, так что обещать поддержку не могу, — пожал плечами Рэвен, протянув Раинеру наполовину пустую бутылку. — Но попытка — не пытка. Да и Оберон может замолвить словечко, если что.

- Спасибо, — подумав, кивнула я. — Это хорошая идея. А зачем тебе увольняться?

Вот я точно сказала что-то не то: Рэвен сжал губы и сосредоточенно вылил себе в бокал остатки вина, проводив последние капли таким взглядом, будто они были должны ему денег.

- Потому что к тому моменту я буду почтенным мужем, и Его Величество пожелает увидеть правнуков. Кроме того, он давно говорит, что мне пора брать на себя больше дел в управлении графством, но до сих пор на моей стороне была мать, а она… — лейтенант неопределенно покачал бокалом. — В общем, ей Его Величество отказывать не умеет. Будь у нее право голоса в Совете, все младшее поколение Ариэни женилось бы по своему усмотрению, наплевав на нужды государства, — он криво усмехнулся. — Но мама — не Ариэни по крови, и после того, как я женюсь на леди Шейли, разговор о графстве и детях пойдет совсем другой.

Я смотрела на его кривую усмешку: чуть полноватые губы, наверняка мягкие и теплые, тень щетины на щеках. Глаза — по-ирейски зеленые, отцовские — не смеялись.

- Она приедет через три дня, — продолжал Рэвен. — Получится, что у нас с Эйденом помолвки в один день, и моя пройдет тихо и незаметно для Ирейи и с помпой и шумом — для Иринеи. То, что нужно, чтобы обнаружить, кто заинтересован в ценном генофонде до такой степени, чтобы нарушить закон. Помолвка продлится месяц, а после я увезу жену в родовое гнездо… к радости папы, которому налоговая отчетность уже тоже поперек горла. До рождения наследника я буду жить в графстве, но, по крайней мере, потом смогу вернуться в столицу.