Новое поколение

Успокоительное по-разному действует на людей, и Собо не хотел, чтобы мальчишка вдруг очнулся и проломил себе череп о какой-нибудь угол — адвокаты «Гелфити» мигом выставят счет на круглую сумму.

Риан вошел в камеру, гадливо подобрал полы плаща и присел рядом с отключившимся пленником. Положил тому руку на лоб, поморщился, а затем стянул с плеча мальчишки застиранную, слишком большую для ребенка, арестантскую рубаху.

— Да, я забыл упомянуть… — наблюдающий откашлялся. — Кто-то мастерски поработал над его татуировкой.

Вместо тощей морды шакала на груди мальчика красовалась охваченная пламенем голова волка. Ару коснулся ее пальцами и резко отдернул руку, так как ребенок вдруг открыл глаза. Глаза у шакаленка были такими же, как у риана — янтарные бусины, лишь, кажется, немного темнее. Секунду они смотрели друг на друга, а затем мужчина поднялся и вышел из камеры.

— Вам не стоило меня вызывать, капитан. Это всего-навсего шакал. Его мать не была принцессой. И даже если когда-то она принадлежала к одной из высоких семей, это уже не имеет значения. Дочь, опозорившая… — он запнулся. — Дочь клана, опозорившая себя, лишается прав и защиты семьи. Никто не возьмет в дом ее ублюдка.

— Я понял, — кивнул Собо. — Немедленно свяжусь с «Гелфити».

— Не стоит, я сам. И те вещи, которые вы мне показывали, — думаю, корпорация в них не заинтересована. Так же, как и клан Воздуха не заинтересован в том, чтобы рассказы о таинственных принцессах и их детях вышли за пределы вашего участка.

Капитан понял намек.

Риан вынул из кармана пластину переговорника и набрал номер на сенсорной панели.

— Это я. Да. Собственность подтверждается. Сертификату лет десять, но договор не имеет срока давности. Нет, я не буду сопровождать груз, пришлите транспортер… И да, я думаю, нецелесообразно помещать его в питомник, консервация — оптимальный вариант. И пусть сразу же обновят донорские базы, неплохо было бы, чтобы материал использовали в ближайшее время…

Вскоре после ухода ару, мальчишку увезли. Проводив пленника, Собо вернулся в кабинет, сел за стол и положил перед собой невостребованные «Гелфити» украшения. Еще раз взглянул на портрет. Девица была мила, но не в его вкусе. Серебряный медальон привлекал куда больше. И алмаз. Не вставая со стула, наблюдающий наклонился к выдвижным ящикам: в нижнем хранились учетные карточки всех дельцов округа, среди которых было несколько ювелиров, и кое-кто из них не гнушался скупкой краденого. Тут, конечно, совсем другой случай, но продавать конфискованные ценности открыто, с заполнением деклараций и уплатой налогов, он не хотел.

Найдя нужную карту, капитан распрямился и только теперь заметил, что в кабинете он уже не один.

Горло сдавило невидимой удавкой.