Обаятельное чудовище

Каждым, кто готов был заплатить за ее коктейль в мое отсутствие.

Я отрываюсь и смотрю ей в глаза. На языке горчит, и мне нестерпимо хочется сплюнуть. Лола дрожит всем телом, подаваясь вперед и закрывая глаза. Она подставляет губы для поцелуя. Думает, что выиграла. Что сегодня все будет по ее правилам. Но она забывает, что я не целую шлюх. Я их имею.

— Давай, убедись, что у меня все в порядке. — Говорю, надавливая на ее плечи и заставляя опуститься на колени.

Сначала она сопротивляется, но моя ладонь уже на ее макушке. Не позволяет ей подняться.

— Давай, ты же хотела, чтобы я вернулся к тебе. Я здесь. Сделай мне приятное, детка. — Чувствую ее руку на своей ширинке и закрываю глаза. — Сделай то, что ты умеешь лучше всех.

Слышу скрежет молнии на джинсах, чувствую, как она опускает их немного ниже, послушно приспускает мои боксеры, и прижимаю ее лицо к своим бедрам. Мне приходится опереться левой рукой о стену. Я закрываю глаза и стискиваю зубы. Плевать, если кто-то пройдет мимо. На все плевать!

Лола осторожно двигает ртом, втягивая в себя мою напряженную плоть, и я давлю на ее затылок сильнее.

Она стонет, но я заставляю ее ускориться. Проделываю это снова и снова, насаживаю ее на себя неистово и грубо. Мне не хочется дать ей ни единой возможности говорить. Пусть проглотит свои слова, пусть захлебнется ими.

Я двигаюсь ей на встречу, все ускоряя ритм. Лола старается, хочет произвести на меня впечатление. Я наклоняю свою голову на левую руку, правой продолжаю удерживать ее за волосы. Мне необходимо за что-нибудь держаться и не хочется смотреть вниз на ее выпученные глаза.

— Да, давай, вот так…

Мое тяжелое прерывистое дыхание перемежается с ее сдавленными причмокиваниями.

Я делаю новый глубокий вдох и толкаюсь в нее еще быстрее. Развязка уже близка, и мне хочется быстрее покончить с этим, но, как назло, по-прежнему ничего не происходит. Лола торопится, думая, что момент уже наступает, а я зажмуриваюсь и вижу… Марту.

Ее спелые губки, краснеющие от моих поцелуев. Ее стройные ножки, обивающие мою талию. Ее грудь, вздымающуюся на каждом вдохе. Ее тонкие пальчики, мечущиеся по моему телу. Черт! Я вздрагиваю, отстраняясь, как от кошмара.

Спешно натягиваю обратно белье, быстро застегиваю джинсы.

— Вот стерва… — Бормочу.

— Эй, в чем дело? — Спрашивает Лола, поднимаясь с колен и утирая пальцами рот.

От ее вида мне тошно.

— Ни в чем. — Бросаю на ходу. — Беги, тебя там, наверное, ждет очередной ухажер.

Сажусь на байк, завожу его и резко срываю с места. Моя злость так и не получила отмщения, превратившись в тот самый мерзкий горьковатый привкус на языке, заставляющий неприятно морщиться.