Обаятельное чудовище

 — Ни хрена ты обо мне не знаешь. Так что оставь свои неуклюжие попытки соблазнения, и давай приступим к делу. Вчера я наблюдала за посещаемостью…

— Подожди. — Его лицо нахмуривается. Тим кладет ладони на мой стол. — Неудачный партнер?

— У тебя был неудачный опыт?

Я не знаю, что со мной происходит, но я буквально чувствую, как лед заковывает все мое тело. Физически ощущаю, что бледнею прямо у него на глазах.

— Угадал? — Прищуривается Тим. — Тебе не понравилось, и ты боишься повторения? Он думал только о себе или сделал тебе больно? Он разбил тебе сердце? О… может, заставлял тебя делать всякие развратные штучки?

— Ты кто, мой психиатр? — Надломлено говорю я.

— Нет, но давай поговорим об этом.

Я медленно вдыхаю и выдыхаю.

— Если я с кем-то и буду обсуждать свою жизнь, то уж точно не с тобой, богатый бездельник!

— Ты не любишь, когда тебя трогают. Почему? — Не унимается он.

— В общем, стриптиз вчера прошел на ура. — Сообщаю я, опуская взгляд на свои бумаги. — Благодаря упрощению системы фейс-контроля, посещаемость выросла в разы. Народа стало больше. Поэтому я решила, что название мы оставим, а вот…

— Нет, ты поговоришь со мной!

Я поднимаю на него взгляд и сжимаю зубы.

Качаю головой. Кто он, вообще, такой, чтобы лезть мне в душу?

— Поговоришь. — Настаивает Тим.

Он самодовольно разваливается в кресле, скрещивая руки на животе.

— Я буду говорить с тобой только о делах.

— Зачем?! — Не выдерживаю я.

— Затем, что должен.

— Почему? — Мои руки бессильно опадают вниз.

— Потому что… ты мне не безразлична.

Кажется, он сам смущен своим ответом.

— Безразлична. — Отмахиваюсь я.

Над нами повисает гнетущая тишина.

— Я в состоянии сам решить, безразличен мне кто-то или нет.

 — Наконец, говорит Тим.

— Давай прекратим. — Прошу, пряча взгляд.

— Может, я хочу помочь?

— Ты? Не смеши. — Снова смотрю на него. — Разве тебе есть до кого-то дело?

— Ты права. — Он стойко выдерживает мой взгляд. — Мне нет ни до кого дела.

Я облегченно выдыхаю.

— Народа стало больше. — Продолжаю, скользя глазами по бумагам. — Поэтому я решила, что название мы оставим, а вот ди-джея сменим на нового.

— Что? — Выпрямляется он. — Да у нас лучший ди-джей в городе! Подумаешь, не особо раскрученный!

— Решила она! — Тим вскакивает, наклоняется на стол.

 — Дай мне сюда эти чертовы бумаги, сам посмотрю.

— Что ты там хочешь увидеть? — Я вцепляюсь в свой блокнот.

— Ты только что все это выдумала, чтобы насолить мне! Нет у тебя в твоих записульках ничего такого!

Каждый тянет бумаги на себя.

— Это Ян, да? — Говорит Тим, вдруг замерев.

— Да. — Его лицо напрягается, по щекам гуляют желваки. — Псих. Знакомое прозвище? Ян Коренев. Говорит о чем-нибудь фамилия?

Мои пальцы сами отпускают блокнот, и Тим валится назад прямо на свое кресло.