Обреченные стать пеплом

Каждый вложил свои труды в ремонт и переустройство первого этажа дома под лавку и кухонную зону. Что же касается финансов – всё было организовано за счёт тех денег, которые Энтони после своей смерти оставил Хьюи. Не смотря на то, что Энтони вытворял на протяжении всей своей жизни, в самом её завершении он всё-таки поставил благородную точку, завещав Хьюи всё то немногое, что у него осталось. Интересно, знай он, что они с Хьюи не связаны братскими узами, пошёл бы он на это?..

…Припарковавшись у тротуара, я ещё минуту смотрела на окна первого этажа лавки, освещённые тусклым тёплым светом. Значит, уже проснулся.

Выйдя наружу и ощутив лицом прохладную морось, я быстрым шагом дошла до входной двери и единожды нажала на звонок, боясь разбудить дочь Эсми. Ожидая, пока мне откроют, я прокручивала в голове прогноз погоды, прослушанный по радио десятью минутами ранее. На сегодня обещали беспросветную серость, морось и туман… В принципе всё, что британцы уже давно привыкли видеть в природе в феврале.

Уткнувшись взглядом в цветастый бублик, наклеенный на стеклянной двери, держа руки в карманах, чтобы не замёрзнуть в предрассветной сырости, я слишком глубоко ушла в мысли о погоде, поэтому не сразу заметила появления по ту сторону двери Хьюи. Сначала я даже не узнала его, но когда он открыл дверь, поняла, что мои глаза меня не обманывают.

– Привет, – улыбнулся брат, сделал шаг вперёд и обнял меня. – Я так долго тебя ждал.

– Я ждала тебя дольше…

– Знаю, – отстранившись, он заглянул мне в глаза копиями моих собственных глаз. До сих пор я даже не подозревала, что они у нас настолько красивые. – В конце концов, ты прождала меня десять лет, семь месяцев и сколько дней?

– Не важно… Эти дни в прошлом.

– Скоро будет вторая годовщина моего пробуждения.

– Я знаю, – улыбаясь, поджала губы я. – Нет, ты и раньше был “ничего”, но… В какого же красавчика ты превратился.

– Ещё бы, – ухмыльнулся в ответ Хьюи. – Точная копия тебя, только в мужском обличии. Проходи же, мне уже не терпится угостить тебя тёплым багетом с чесночным маслом, которое Эсми собственноручно делает из молока, производимого козой её бывшей свекрови…

Первые месяцы после пробуждения Хьюи напоминал собой скелет с огромными малахитовыми глазами. Но прошло уже два года, и с его телом произошла ощутимая трансформация.

Первый год после пробуждения Хьюи пришлось несладко – он в буквальном смысле учился заново ходить и жить как взрослый парень, а не тринадцатилетний подросток, которым он заснул.