Орден белых лилий

– Антон Иванович, не доводите до греха. Не заставляйте сказать правду.

– Где она, твоя правда?! Давай ее сюда! Говори!

И Сергей разозлился:

– Если бы не вы… Если бы той ночью вы не увезли ребят в город, все остались бы живы и никто бы не сел в тюрьму.

– Значит, по-твоему, во всем виноват я? – Старик сбавил обороты.

– Не по-моему, а по правде.

– Выходит, мы с сыном преступники, ты один правильный? Я был директором лагеря! Отвечал за ваши жизни! Отвечал за мораль! А вы ушли ночью в лес и взяли с собой девочек. Как, по-твоему, я должен был реагировать?

– Антон Иванович, хватит.

– Нет, не хватит! Отступись от Кирилла!

– А я к нему даже не приступал. – Сергей открыл багажник и забросил туда щетку. – Прощайте. Надеюсь, больше мы не увидимся.

Сложив вещи в машину, Дуло все еще сомневался: ехать ли им с Полиной в Москву или остаться в Александрове. Поселиться, скажем, в гостинице и довести до конца незавершенное дело. С одной стороны – отношения с Кириллом зашли в тупик, с другой – никто не отменял его обещания помочь другу в беде.

И даже выехав с Полиной за ворота, Сергей не был уверен, в какую сторону повернет их автомобиль. Но именно в тот момент зазвонил его телефон:

– Здравствуй, Сергей Васильевич. Где ты сейчас? – спросил голос Колычева.

– Да вот, еду в город… – Сергей благоразумно не уточнил в какой.

– Нужна твоя помощь…

– Я готов. – После этих слов ему осталось только повернуть в сторону Александрова, что он и сделал.

– Будет лучше, если ты подъедешь ко мне, – сказал Колычев.

Полина сидела рядом и слушала разговор. Когда Сергей отложил трубку, она спросила:

– Значит, в Москву не возвращаемся?

– Ты сама сказала – нужно идти до конца. Если хочешь, отправлю тебя на автобусе.

– Я не оставлю тебя одного.

– Ну хорошо. – Он улыбнулся. – Когда вернемся в Москву, пойдешь со мной на задание.

– Во-первых, Москва – это другое дело. Во-вторых, ты не оперативник. В-третьих, расследование расследованию рознь. Все, что происходит с тобой в Александрове, слишком эмоционально. А эмоциональность притупляет чувство самосохранения. Вот для чего я здесь.

– Чтобы спасти меня, – резюмировал Дуло. – Спасибо.

Когда Сергей и Полина подъехали к управлению, Колычев уже стоял на улице возле полицейской машины. Было видно, что он собирается куда-то уехать.

Завидев Дуло, Александр Архипович двинулся навстречу ему:

– Прошедшей ночью в следственном изоляторе ранили Киндиченко.

– Драка? – спросил Сергей.

– Убить хотели. Вот сейчас разбираемся.

– Справедливости ради замечу: это покушение сыграло решающую роль в деле получения доказательств. Киндиченко испугался, что его убьют, и решил все рассказать.

– Видать, сообразил, что заказали свои.

– Чувствую: сдаст всех с потрохами. Мне сейчас некогда, еду в СИЗО.