Ош. Жатва. Том 1

Так ведь, мелкая дрянь?

Хельга выгнула спину и издала звук, напоминающий тот, что издают кошки, выхаркивая комок шерсти.

— Любит меня, стерва.

— Но разве в мёртвом теле способна зиждиться душа? — не унимался любознательный криптобиолог.

— Мне почём знать? Пока эта херня исправно функционирует, у меня к ней нет вопросов.

— Не слишком-то исправно, судя по рассказам баронессы.

— Не задокументированные возможности — это всё ещё возможности.

— Да, но… Что если всё пойдёт не по плану? Ваша магия не действует на тех, чья кровь недвижима.

— На этот случай есть сталь.

Волдо задрал брови и скорчил кислую гримасу, иллюстрирующую крайнюю степень сомнения в справедливости только что услышанного тезиса.

— Думаешь, не прокатит?

— Думаю, вы не раз пожалеете, что не прислушались к советам Арабель.

— Предпочёл бы менять фильтры раз в неделю, пуская в расход всё новых и новых детишек?

— Не стану лукавить, так мне было бы спокойнее.

— Да что с тобой, пацан? Разве одна дохлая пиздюлина не лучше, чем конвейер из безостановочно перерабатываемых человечьих личинок? Где твой практицизм?

— Тут вы правы. Вот только Шогун знает, на что она способна. А тёплых чувств к нам с её стороны мною не замечено.

— Поверь, тёплые чувства — совсем не то, на что стоит полагаться. Стабильная неприязнь куда как предсказуемее и надёжнее. Тебе же никогда не придёт в голову довериться своему ненавистнику, и нет нужды объясняться за это. Обычное деловое партнёрство с постоянным и логичным желанием перегрызть друг другу глотку.

— Да… — Волдо печально вздохнул и, поморщившись, поднёс ладонь к лицу. — Надо двигаться дальше, мы и так здесь уже слишком задержались.

Хайм предстала моему взору, когда до неё оставалось километров семь, настолько ровная и пустынная степь её окружала, а единственный серьёзный холм в округе служил ей основанием. Крепость была небольшая, едва ли превосходящая площадью ту, в которой я оказался, покинув чрево Альбатроса. Но вот высота здешних стен превышала тамошнюю раза в два, если не больше. Издали Хайм выглядела эдаким чёрным кубом с башнями по краям, и смотрелась в этом пейзаже до того инородно, что вызывала озноб. Так бывает, когда заурядный в общем-то объект дико выбивается из своего окружения. Слишком уж геометрически правильной она была для этой первобытной степи, слишком продуманной. Её явно не строили веками, как другие крепости, возводя пристройку за пристройкой. Нет, тут ощущался предельно чёткий и не терпящий изменений проект. Никаких домишек вокруг, ни сараев, ни конюшен. Только чёрный кубический монолит посреди бурой пустоши.

— Ого! — подивился Волдо, когда мы подошли значительно ближе. — Так это и есть Хайм? Не такой я её себе представлял.