Ошибка Бога Времени

Разве можно чужих людей в дом пускать? Зажорик – без тормозов, пацан недоделанный, хоть и брат, в чем лично я очень сомневаюсь. Мамаша была женщиной горячей. А его дружок? Ты видела эту рожу? Это же разбойник с большой дороги! Знаю я его, да и ты помнишь, в нашей школе учился. Олег Монахов, кликуха Монах. Три раза женился. Бродяга без роду без племени. Экстрасенс, тоже мне! Типичный бомж. Со всех работ выгоняют, нигде места себе не согреет. А мой братец подбирает всякое дерьмо и тащит в дом, и Анжелика его придурковатая принимает. Только рожать и умеет, корова! Она мне позавчера звонила, просила денег.

Может, я, конечно, слишком… но, ты понимаешь, я же братца своего знаю как облупленного, после его визитов деньги и вещи пропадают, ондатровая шапка Марика, мой шарф… Я его на порог не пускаю. Ты, Юлька, извини, конечно, но я как увидела эту нечистую парочку, так меня и заколотило всю. И баба Лиза тоже… старая дура!

– Олег мне понравился, – прошептала Юлия. – Он экстрасенс, у него аура сильная.

– Не верю я в эти бредни! Был бы экстрасенс, бабки сшибал бы! Нужно еще посмотреть, все ли на месте. Чего они приперлись? Откуда они знают, что ты нездорова? Лизкина работа? Она и своего сектанта привести собирается, еще один прохиндей выискался.

Давай я лучше тебя покормлю. Ты уже ела?

– Хоть бульон. Или чай. Я сейчас!

Ирка легко поднялась и побежала вниз по ступенькам в кухню. Оттуда сразу же донесся ее громкий голос. Она вернулась минут через десять с подносом, на котором стояли чашка бульона для Юлии и чашка кофе для нее самой.

– Поднимайся! – командовала Ирка, помогая Юлии привстать и подсовывая подушку ей под спину. – Пей!

Бульон был горячий и соленый и сильно пах лавровым листом.

Юлию сразу же бросило в жар. Ирка пила кофе мелкими глотками и выкладывала последние новости.

– Марик злой, со мной не разговаривает, дурак. Пусть спасибо скажет, что вообще не выгнали. Лешка Добродеев укатил в Монако, трепал, что его сам принц пригласил чуть ли не историю княжества писать. Я вас умоляю! Они там все тупые, сами не могут. Классик, тоже мне! Мэр обсуждает с французами условия постройки завода по переработке гречки. Самое время Алексу подсуетиться, а то Речицкий перехватит. Хозяин, правда, его терпеть не может, ну, да золотой ключик любую дверь откроет.

А его супруга, тоже мне, первая леди, открыла выставку Рунге в историческом музее. Помнишь, в газетах писали, что старый Рунге завещал свой антиквариат музею? Он всю жизнь собирал монеты, мебель, картины, всякое барахло, из комиссионок не вылезал. Конечно, с такой профессией можно не только коллекцию собрать, а и музей открыть. Все городские бабы через его руки прошли – кому аборт, кому еще чего. Женщин любил до безумия! А вещички оставил все-таки музею, а не какой-нибудь дульцинее.