Пограничник. Том 8: Операция "Ловец Теней"

Потом быстро шагнул вперед, чтобы ударить по-настоящему.

От первого его удара я уклонился легко: просто шагнул назад. Второй поймал ладонью. Когда он сильно ударил правой, я блокировал удар предплечьем, а потом ткнул Соколова в солнышко. Ткнул нежно, чтобы только выбить воздух у него из легких. Соколов было сгорбился, но я схватил его за шею, подсек ногу, и мы со всего размаха грохнулись на деревянный пол бани.

Сержанты все как один дернулись к нам, но вперед тут же вышли погранцы, и те замерли, уставившись на автоматы. Матузный еще сильнее вжался в стенку.

— Ну-ка… Иди… Сюда… — сквозь зубы прошипел я, переваливая борющегося с собственным дыханием Соколова на живот и хватая его за правую руку.

Упершись коленом ему в спину, я принялся выламывать сержанту правую руку.

Тот зашипел от боли.

— П-падла… — просипел он. — П-пусти…

— Еще сантиметра три в сторону, — сказал я, — и сустав из плеча выйдет. Ясно тебе?

— Селихов! Остановись! — кинулся ко мне было капитан, но я остановил его самым злобным взглядом, на который только был способен.

Вакулин застыл на месте, нахмурился. В глазах его блеснула растерянность.

— Два… Сантиметра… — я потянул руку Соколова выше.

Тот не удержался и замычал от боли:

— М-м-м-м… Хватит… Хват-и-и-и-т!

Я отпустил. Встал. Соколов с трудом перевалился на спину. Его грудь высоко вздымалась, пока он пытался продышаться.

— Вы можете, — сказал я наблюдающим за нами с Соколовым сержантам, — можете и дальше тут сидеть. Вас никто не тронет. Не хотите помогать — не помогайте. Хотите доложить о случившемся? Давайте. Но только завтра утром, когда вас выпустят из бани.

Сержанты молчали. Лицо Барсукова все еще ничего не выражало.

— А можете, — продолжил я, — выполнить свою боевую задачу.

Выполнить то, за чем вы и пришли на Шамабад. Решать вам.

Проговорив это, я обернулся. Подошел к Вакулину и протянул ему руку.

— У тебя специфические методы, товарищ старший сержант. Я б даже сказал, не уставные, — сказал тот укоризненно и вернул мне панаму с подсумком.

— Я знаю. Зато действенные, — ответил я, а потом вышел из бани.

Когда они согласились с доводами старшего сержанта Селихова, их выпустили из бани.

Соколов, чья гордость оказалась серьезно уязвлена Селиховым, выходил последним.

Рука у него страшно болела в плече. Настроение было не к черту.

«Падла, какая, а? Ну он у меня попляшет, когда все кончится», — думал Соколов, щурясь от яркого солнца. Глаза после десяти часов заточения отвыкли от дневного света.

— Стройся! — приказал Вакулин.

Сержанты построились.

— Равняйсь! Смирно! — продолжил Вакулин. — Значит так. Действовать будем следующим образом…

Вакулин коротко объяснил сержантам, что от них требовалось. Задача оказалась похожей на ту, что и так у них была. Но появились и отличия.