Покоренный ее красотой

– О, ради Бога, – внезапно сказал он и вышел из комнаты. Линнет прислушивалась к стуку его трости в коридоре и на лестнице, пока он не затих в отдалении.

Элиза подошла ближе.

– Я не смогу долго удерживать его на расстоянии, – сказала она, глядя на Линнет. – Он врач. И уже видел худшее. В первую ночь он был один рядом с вами.

По щеке Линнет скатилась слеза. Элиза села на краешек постели и положила ладонь на ее локоть, даже не поморщившись от ощущений.

– Ну, ну, – сказала она. – Если кто и заслужил право хорошенько выплакаться, так это вы.

Так продолжалось неделю. Пирс врывался в комнату, а Элиза выпроваживала его. Иногда Линнет казалось, что парочка наслаждается этими маленькими представлениями. Элиза постоянно кричала на графа, а Пирс, не задумываясь, отвечал ей тем же.

Но раз или два Линнет перехватила взгляд Пирса и поняла, что он чувствует себя оскорбленным.

– Это не имеет значения, – прошептала Линнет, лежа одна глубокой ночью. – Я не могу… не могу быть герцогиней. Никогда. Это немыслимо.

Наконец Пирс заявил, что она готова к переезду, по крайней мере в замок. Элиза хотела надеть на нее платье, но Линнет отказалась. Теперь она могла говорить, хотя и тихо.

– Простыня, – хрипло произнесла она. – Она больше.

Элиза мигом поняла, что она хочет сказать.

– Ваши волосы вьются, – заметила она. – Так что не расстраивайтесь. Похоже на короткие стрижки, которые делают некоторые дамы. Это модно, в том смысле что француженки, наверное, додумались до них первыми.

Волосы меньше всего беспокоили Линнет. Она знала, что они отрастут. От одной мысли, что придется покинуть эту комнату и предстать перед людьми, которые будут глазеть на нее, ее затошнило.

Но она безропотно позволила мистеру Буллеру, кучеру Пирса, вынести ее наружу, завернутую в простыню.

Было так ужасно покидать гостиницу… но когда они прибыли в замок, где их ожидали Прафрок и лакеи, а по ступенькам спустился герцог, чтобы встретить их лично, Линнет захотелось немедленно умереть, когда она увидела в их глазах сочувствие.

Но смерть, похоже, не спешила к ней, поэтому она закрыла глаза и притворилась, будто ничего этого не происходит. Что она в Лондоне, танцует с принцем Августом. Принц улыбается, глядя на нее с тем очарованным видом, который он всегда демонстрировал рядом с ней.

– Конечно, с ней все в порядке, – грубовато произнес голос Пирса, нарушив ее грезы наяву. – Просто она выглядит как вареный рак, а ведет себя вдвое хуже.

Танец, сказала себе Линнет. Вот принц Август повернул ее в фигуре танца, и она увидела, что на нее смотрят с откровенной завистью. Ее юбки взметнулись…

– Нет, просто у нее очередной приступ мигрени, – буркнул Пирс. И небрежно добавил: – Покажите Буллеру, где ее спальня.

Они двинулись по лестнице.