Полдень, XXI век, 2003 № 04

Физическое состояние Майкла было таким, что почти не оставляло надежды на благополучный исход.

Хотя командованию летной школы было известно в общих чертах о болезни Майкла, но, когда он вкатился в зал на инвалидной коляске, даже видавшие виды члены отборочной комиссии смущенно замерли — такого они в школе летчиков еще не видели. Майкл не стал ждать вопросов и в своей жесткой манере кратко и непреклонно заявил:

— Меня зовут Майкл Стресснер. Я хочу и буду управлять стратегическими бомбардировщиками и прошу вас научить меня делать это не просто хорошо, но блестяще.

Я гарантирую, что вы никогда не пожалеете о своем решении принять меня в школу летчиков.

Он сделал паузу и почему-то строго повторил:

— Меня зовут Майкл Стресснер.

И такая сила духа была в этом калеке, такая гордость именем своего деда — знаменитого генерала Майкла Стресснера, что члены комиссии, вопреки логике и инструкциям, единогласно допустили его к экзаменам.

Почти все физические тесты Майкл, естественно, провалил, но тест на быстроту реакции прошел прекрасно. На теоретических экзаменах он получил наивысшую в истории школы сумму баллов, намного опередив всех конкурентов.

Аэродинамику и устройство самолета он знал так, как будто уже закончил школу…

Сегодня у Майкла первый боевой вылет. Билл знал, что этой ночью сын поднимет тяжелый ракетный бомбардировщик с тихоокеанской военной базы и поведет его бомбить лагерь террористов где-то в Центральной Азии. Пожалуй, уже можно позвонить Майклу — во Флориде на три часа больше. Билл произнес код включения радиотелефона и персональный номер Майкла — Флорида тут же ответила.

— Здравствуй, сынок. Как дела?

— Папа, как чудно, что ты позвонил. Где ты?

— Чего это тебя занесло в такую глушь?

— Завтра по телевидению узнаешь.

— Папка, ну не мучай любопытного сына — что случилось в Колорадо?

— Не могу сказать даже тебе, сын, — завтра услышишь, что по этому поводу говорят наши заклятые «партнеры по переговорам». Во всяком случае — не волнуйся. Скажем так — я должен прочесть лекцию перед отнюдь не школярской, а напротив, весьма солидной академической аудиторией.

— Все ясно, отец, детали я уже додумал. Только прошу тебя — не волнуйся, не мечи бисер… Понял меня?

— Понял, сын, я совершенно спокоен. Лучше скажи, как у тебя там… Ты готов?

— Отвечаю твоими словами — услышишь вскоре по телевидению. Боюсь, что некие вполне реальные новости от твоего сына отодвинут на второй план досужие домыслы о твоей лекции.

— Майкл, ты волнуешься?

— Немножко — да! Все будет нормально — Крэйг обещал подстраховать меня на первый случай.