Полдень, XXI век, 2003 № 04

Хвостов не переставал удивляться тому, что почти все пассажиры, летевшие этим рейсом, были «новыми русскими». Олег Иванович позволил себе лишь пиво и грустно смотрел на чужой ландшафт, мысленно прощаясь с привычной ему жизнью. Грустно было и рыжеволосой девушке Тане с циничной складкой в уголке пухлых губ, они с Хвостовым успели познакомиться во время пересадки. Пожилой американской чете, хватавшей друг друга за руку при каждом попадании самолета в воздушную яму, было страшно. Старички задыхались от табачного дыма русских варваров и проклинали своего туристического агента.

Маленький самолетик чихал всеми моторами подряд, наконец, подпрыгивая, покатился по грунтовой полосе, и, кашлянув облачком едкого дыма, замер.

Времени было часов пять утра. Саванна благоухала разогретой мятой, горькими травами и туманом, спускавшимся с гор.

Пассажиры стонали, привычный к делу стюард расталкивал спящих, которых ждали запыленные джипы. Сафари — дело серьезное.

Хвостов выпрыгнул из самолета и побежал к линии горизонта, туда, где у подножия горы отвесной стеной вставал тропический лес.

— Олег Иванович, куда же вы? — задыхалась рыжеволосая Таня. Чем-то напоминала она Олю Кукушкину.

— Танечка, мне в лес надо.

— Вы тоже… Статью в «Огоньке» читали? — всхлипнула девушка.

— Бежим, Таня раздевайтесь, иначе не успеем, — крикнул Хвостов.

— Господи, за что все это? — всхлипнула Таня. Как Олег Иванович и ожидал, у нее был хвост, длинный и рыжеватый.

— Сейчас, Танечка, — кричал Хвостов, повиснув на лиане. — Хвост давайте. Скорее, сюда…

— Какой вы сильный, Олег! — сконфузилась рыженькая девчушка.

— Труд сделал из человека обезьяну, Танечка, ты меня прости, вопрос у меня нескромный. Это, оно как у тебя выросло? Само по себе или облучения какие?

— Хвостов, вы потрясающий мужик! — Танечка пыталась поспеть за Олегом Ивановичем. — Само оно выросло, просто так. А куда мы торопимся?

— Не знаю, Танечка, не спрашивайте. Так надо, наверное. Туда, к подножию гор?

— Я устала, — Танечка уселась на ветке, обиженно поджав под себя ноги.

— Ну хорошо, переночуем…

Сон в джунглях был беспокойным. Кричали неизвестные звери, Хвостов то и дело вздрагивал от треска веток и странных шорохов. Танечка спала у него на руках. Она была совсем даже не тяжелой, губки у нее были влажными, соски острыми, и Олег Иванович загорался желанием, то с клокочущим в груди восторгом ощущал себя первобытным человеком. К утру он все-таки заснул…

— Эр-р! — оскалился он, почувствовав присутствие постороннего.

— Новенькие, что ли? — на беглецов с любопытством смотрел хвостатый мужик с дубинкой в руке.

Хвостов никогда еще не видел такой густой, курчавой волосатости, покрывавшей все тело, за исключением, пожалуй, глаз.