Порочная слабость

И за всю свою жизнь я никогда не выглядывала в окна, если находилась выше третьего этажа. Никогда. И не планировала смотреть вниз сейчас.

– Ты что творишь?! – пророкотал властный голос, а сильные руки перехватили меня за талию и оплели стальными канатами.

Глаз я не открыла. Но ощутила, что щеки влажные от слез.

– Я не могу больше здесь… Меня душат эти стены! – призналась я. Кажется, мой фобия приобрела новый способ выражения. Теперь я не теряла дара речи, не кричала, не пыталась убежать или прижаться к твердой стене. Теперь я просто плакала.

Алексей молчал, но я почувствовала, как он протянул руку и захлопнул дверь, ведущую на террасу. Можно было открывать глаза и идти к себе. Но на меня навалилась мгновенная и непреодолимая усталость и сонливость. И полное безразличие ко всему. Наверное, я бы не среагировала, если бы Зверь даже набросился на меня прямо сейчас и лишил невинности на паркете, на котором совсем недавно переломал кости Клюву.

Я ощущала дикое опустошение. И усталость. Кажется, я уснула прямо так, стоя в крепких руках Алексея. И даже не почувствовала, как мужчина уносит меня в комнату.

– Ты можешь отказаться, – хмуро напомнил Славик, когда я ворошила свой новый гардероб.

– Думаешь, могу? – с толикой сомнения поинтересовалась я. – Алексей Сергеевич велел. Кто же станет ему перечить?

– Ты, – мотнул головой Кирпич. – Послушай, Лина, ясное дело, что ты запарилась сидеть в четырех стенах, но ты можешь отказаться.

– Слава, я благодарна тебе за заботу, правда, – уверенно произнесла я. – Но мне надоел этот дом.

– Клуб – не лучшее место для прогулок, Лина, – хмурился Кирпич еще больше.

Пришлось подойти к телохранителю ближе и похлопать мужчину по плечу, ободряя.

– Славик, я прекрасно все понимаю. Цель моего визита – не расслабиться, а побыть наживкой. Уверена, что Шах или его люди будут там. Верно? Поэтому я иду в «Лотос». Так решил Заверин. А если вдруг меня там прикончат, то моя смерть будет на его руках, – лихо подмигнула я приятелю.

Славик нахмурился еще больше, но не стал меня отговаривать.

Из отражения в зеркале на меня смотрела стройная фифа в коротком блестящем платье. Из аксессуаров – небольшая сумочка. Из оружия – туфли на высоком каблуке. Но сейчас они меня не пугали. Да и морально я была готова к встрече с «любимым» папочкой. В конце концов, именно за этим я и обратилась к Заверину. За защитой. А лучшая защита – нападение. Выходит, чтобы не попасть в лапы садиста Шаха, нужно первой убрать его.

Я никогда не убивала людей или животных. Да, я умела стрелять. Умела разбирать и собирать ПМ на равных с мужчинами. Могла расквасить нос или нанести более ощутимые раны противнику.

Но я никогда не убивала. В реальности. А вот в мыслях проделывала это довольно часто.