Порочная слабость

Запомнила?

– Леша, я вредная, но не тупая, – нахмурилась я.

– Повтори, – пробормотал мужчина, приподнял пальцами мой подбородок, но поцелуя не последовало. А жаль…

– Вредная, но не тупая? – догадалась я.

– Нет, – уголок рта вот-вот должен был изогнуться в улыбке, но этого не случилось.

– Леша? – прошептала я, не собираясь скрывать улыбки.

Заверин хмуро кивнул, подхватил меня под руку и вывел из кабинета. Мужчина не торопился, шел, подстроившись под мой шаг. И с каждым пройденным метром я чувствовала, как тело медленно охватывает напряжение и щемящее чувство повисшей над головой опасности.

– И последнее, – едва слышно пробормотал Алексей, – не вздумай вытаскивать пушку, малыш. Я все решу сам.

Крепкая рука сжала мою ладонь. Мне показалось, что именно сейчас я находилась под пуленепробиваемым стеклом или в бункере со стальными стенами.

Рядом с Завериным было безопасно.

От меня требовался минимум: не привлекать внимания, молчать, даже дышать через раз и, желательно, в противоположную от Шаха сторону.

Алексей вел меня темными коридорами. Впереди шел Кирпич с крепким парнем, позади – еще парочка не менее плечистых ребят.

Преодолев длинный коридор, мы оказались в просторном помещении, заполненном людьми. В центре – огромная клетка. И я мгновенно смекнула, что именно здесь проводятся бои, о которых пару раз слышала от ребят из банды.

Я бы промолчала, как и велел Леша. Но мое пресловутое любопытство и длинный язык не удержались.

– Это что, нелегальные бои?! – проговорила я.

– Лина! – предостерег Заверин.

Я вновь замолчала. Но потом, как только увидела знакомую широкоплечую фигуру бойца, вошедшего в клетку, поняла, что молчать не получится.

– Тошик! Что он там делает?! – вскрикнула я.

Получилось непозволительно громко. Пусть толпа и ревела, предвкушая начало кровавой бойни. Но два человека отчетливо расслышали мой голос.

И если с Алексеем я могла хоть как-то договориться и обсудить ситуацию, в которой оказалась. Вернее, уговорить этого мужчину, в чьем потемневшем взгляде просыпалась ярость и злость. То вот что делать с тем человеком, внимание которого привлекать было категорически запрещено?

Леша вел меня к свободным креслам, на которые не падал яркий свет прожекторов. По идее, если бы я молча и незаметно проскочила за спиной Шаха, который в этот момент здоровался с кем-то из пожилых гостей, ничего бы не произошло.

Но сейчас… Заинтересованный тяжелый взгляд мужчины сканировал каждый сантиметр моего тела. Сам Шах намеренно выступил вперед, преграждая путь Алексею, а заодно и мне.

– А ты, Зверь, лихач, – насмешливо протянул Шахов. – И в клетке тебе равных нет. И новой женщиной обзавелся.