Порочная слабость

 – Я и сама справлюсь!

– Угу, как же, – фыркнул Слава, а потом зло выплюнул: – Думаешь, мне все это нравится? Да Леха мне, как брат! Он мне жизнь спас! Помог! Думаешь, мне хочется торчать в этой глуши, когда его там в асфальт закатывают?! Мне плевать, чего хочется тебе, девочка! Я получил приказ, я его выполню!

Кирпич умчался в небольшой сарайчик, где хранились инструменты. Схватил топор и принялся рубить дрова.

А я рухнула на скамейку. Хотелось рыдать от бессилия. Но плакать я уже просто физически не могла.

Пришлось смотреть на то, как Славик машет топором, и думать, как поступить, если во мне действительно растет ребенок Зверя. Аборт я отмела сразу же. Ребенок будет жить. Это не обсуждалось. Нужно поговорить со Славой о том, как достать все необходимое. Да и как узнать, что именно нужно? Я не чувствовала себя готовой стать матерью. Но при необходимости придется разбираться и справляться. К тому же со мной был верный Кирпич. И это немного утешало.

– Нашел? – возможно, Нона и не произнесла этого вопроса вслух, но он повис в воздухе.

Отрицательно качнул головой.

Нет, не нашел. Славик выполнил мою просьбу на совесть. Следы Шмеля затерялись сразу же, как только приземлился самолет. Я выяснил, в какой именно город Славик летел. Но теперь моих связей не хватало, чтобы проверить единственную зацепку, имевшуюся у меня и развернуть масштабные поиски далеко за пределами региона, не привлекая внимания. А люди со стороны, нанятые мной, так и не смогли толком ничего отыскать.

Убивало то, что сам я не мог сорваться и помчаться на поиски Лины и Шмеля. Нельзя привлекать внимание. Пока нельзя. Нужно ждать дальше.

Если бы я верил в бога, то молился бы, чтобы брат не нашел Лину раньше меня. Он все еще не верил, что мне неизвестно, где прячется его дочь.

Почти год. Долбаные месяцы, недели, дни и часы ада. Неизвестности и бессонница.

В кошмарах я видел, как Лина попадает в автокатастрофу, как влипает в немыслимую передрягу, как случайно срывается с моста. Или, что самое хреновое, ее выследили люди Марка и притащили к нему именно сейчас, когда я больше походил на развалюху и инвалида, а не на мужика, способного защитить свою женщину.

Попытался сжать правую руку в кулак. Пока выходило плохо, но уже лучше, чем пару месяцев назад. От моего выздоровления зависело будущее близких мне людей. И раз уж я остался жив, то обязан сделать все, как нужно.

– Выпьешь? – предложил я и мотнул головой на открытую бутылку.

– Да, немного, – кивнула Нона.

Дом, в котором мы поселились, не был таким огромным и шикарным. Но нравился мне. Уютно, тихо, спокойно. Все то, чего мне так не хватало.

Кроме Лины. Ее не было здесь.

И именно ее мне не хватало, как воздуха. Задыхался без нее. Не чувствовал себя живым. Не жил.

Мы не говорили с Ноной о прошлом.