Порочная слабость

Те районы, которые держал я и которые не отошли к Марку, поделили между собой шакалы вроде Водяного. По сути, у меня не осталось ничего, кроме «Лотоса». Клуб получилось продать, а взамен купить этот дом, который находился за сотни километров от столицы, в забытом богом месте.

Я бы отдал половину моей гребаной и никчемной жизни, чтобы оказаться забытым всеми. Но если Невский похлопотал о том, чтобы после уплаты всех долгов от меня отстали и отпустили живым, то Марк не забывал обо мне.

Я чувствовал его присутствие. И прекрасно понимал, по какой именно причине мой старший братец не пустил меня в расход сразу.

Ему нужна дочь. И пока он ее не нашел, мы с Ноной в безопасности. Марк не трогает Нону и позволяет жить мне здесь, потому что считает: Лина вернется к нам, ведь никого роднее у нее нет.

«Дочь должна послужить моим интересам, брат».

«Ты всегда слишком заморачивался на тему родственных связей, а я не такой».

«Говорят, ты трахал мою дочурку, брат».

Короткие беседы с Марком неизменно заканчивались более тесным знакомством с его личной охраной и новыми переломами.

Услышал, как к дому подъехали тачки. Пес, доставшийся мне от прошлого хозяина вместе с недвижимостью, залился звонким лаем. А следом – пронзительно заскулил.

Я понял все. По мою душу Марк пригнал свору псов.

– Ты знаешь, что делать, – коротко скомандовал я Ноне.

Женщина застыла, словно погрузилась в транс. Пришлось встряхнуть ее за плечи.

– Пора, Нона! – прошипел я, прекрасно понимая, что сейчас каждая секунда на счету. И если я не сумею уберечь Нону, Лина не простит меня никогда.

Нона, наконец, очнулась, побежала в свою комнату, схватила уже собранный рюкзак. А я прошел в гостиную и сел в кресло.

И когда мать Лины скрылась из дома через неприметную дверь, ведущую в гараж, а там – на территорию соседей, люди Марка проломили стальную входную дверь, я приготовился, пожалуй, к самому важному разговору с братом. Эта встреча с братом будет последней.

– Пора умирать, братец! – самодовольно заявил Марк, когда в комнату вломились его мордовороты.

Марк остановился в центре комнаты, окинул меня взглядом, полным ненависти и триумфа и принялся хвастаться:

– Тоха нашел мою девочку. Смышленый у меня помощник, да? И мне помогал, и рядом с Аделиной терся.

Я в который раз пожалел, что еще тогда, много месяцев назад, не убил эту падлу Говелина. Пожалел его. А зря.

– Нынче верные люди на вес золота, – невесело хмыкнул я, поднял левую руку вверх, показывая, что безоружен: – Вели ребятам убрать «стволы», брат. Ты же видишь, я – калека.

Марк мотнул головой, приказывая своим шакалам отступить.

– Где моя верная женушка? Греет твою койку? Или ты устроил ей побег? – невозмутимо рассуждал Марк.

По взгляду брата видел, он уже чувствует себя победителем.