Последняя из дома Романовых

Что твое, то наше!

– Привезти ее надо... в Россию...

– Ох, Гриша. Ты отважен, да прост. Да некому поручить.

– Не надо так сложно, она не пугливая. Как птица ручная. Так донес ли мне. – И, помолчав, добавила: – Надо ее тем же манером... – Она остановилась.

– Каким манером? – прошептал Орлов.

– Ну как брат твой ту женщину привез. Корабль будет ждать тебя в бухте... Живет она на Адриатике, у моря. Тебе все Рибас расскажет... Но в дело его не посвящай. Вот так же на корабль ее пригласишь и... привезешь. Я Алексея послала бы, да нельзя ему в Италию. После того дела узнают его, живым не выпустят. А вы мне живые нужны. Что бы ни случилось, я знаю, вы моя опора.

– Все сделаю. Живота не пожалею. Я чуму в Москве победил. А уж женку к тебе доставить...

– Но запомни: ни одна душа... Августа ее имя... Августа Тараканова. Орлов в ужасе глядел на императрицу.

– Да, она есть... Неправду сказал старик Разумовский, – усмехнулась Екатерина.

– Много бы я дал, чтоб тогда это услышать, – засмеялся Григорий. И сказал торжественно: – Привезу ее к тебе, матушка, клянусь.

Она взяла со стола бумагу, надорвала, протянула Орлову.

– Это указ Совета. Почитай на досуге. Чтоб лучше запомнить, как любят тебя друзья твои... В Петербурге объявишь, что едешь в Швейцарию, в свадебное путешествие. Духу Вольтерову поклониться. Вот истинное свадебное путешествие любителя муз и философии, каковым ты всегда являлся...

Из воспоминаний графини Блудовой:

«Ах, Катенька Зиновьева. Я была еще ребенком в то время, когда состоялась эта шумная история с графом Григорием Орловым. Я не принадлежу к их поколению. У тогдашних девушек была чистота и наивность... Это наивность полевых цветов– фиалок и васильков. У нашего поколения куда меньше простоты и больше наглости. В июле 1778 года Орлов с молодой женой уехали из Петербурга в свадебное путешествие, кажется, в Швейцарию. Но потом весьма быстро возвратились. Отголосок этого события остался в прелестных стихах, сочиненных молодой графиней и ставших тогда такими модными:

Мне всякий край С тобою рай. Любимый мой, И я с тобой».

Царское Село. Шесть часов утра.

Императрица встает с постели. Она в хорошем настроении. Она напевает: «Мне всякий край с тобою рай. Любимый мой, вот я с тобой». Входит заспанная служанка Катерина Ивановна.

– Заспалась, прости Христа ради, матушка.

– Ох, Катерина Ивановна, вот выйдешь замуж, вспомнишь мою доброту, – добродушно ворчит Екатерина, – муж-то с тобой возиться не ста нет. Муж тебя...

Как большинство женщин, прислуживающих Екатерине, Катерина Ивановна не выйдет замуж. Екатерина не любила новых слуг. Так и старились служанки рядом с императрицей.

В комнате появляется Марья Саввишна.