Магистр дьявольского культа

Неожиданно колени Вэй У Сяня подкосились, Лань Ван Цзи едва успел подхватить его. Опираясь на его руку, тот проговорил: «Я в порядке, не волнуйся. Просто истратил все силы. Да, Лань Чжань, а ты не видел, куда подевался тот меч, за который я держался в пасти черепахи?»

Лань Ван Цзи ответил: «Опустился на дно пруда. А что?»

Вэй У Сянь переспросил: «Опустился на дно? Да так, ничего особенного».

Когда Вэй У Сянь мертвой хваткой схватился за меч, в его ушах не переставая звучали пронзительные свирепые крики, от которых холодела кровь в жилах, кружилась голова и рябило в глазах.

Этот меч просто не мог быть обыкновенным оружием. Черепаха-Губительница за всю свою жизнь сожрала не меньше пяти тысяч человек, а когда затаскивала их внутрь своего панциря, наверняка, многие из ее жертв были еще живы.

И тот тяжелый железный меч, возможно, остался от проглоченного ею заклинателя. Он пролежал среди трупов внутри панциря как минимум четыреста лет, впитывая в себя бесчисленный поток тяжелой и глубокой ненависти, страха и боли живых и мертвых людей, слушая их предсмертные крики. Вэй У Сянь хотел бы забрать меч с собой и хорошенько изучить этот кусок металла, но раз уж он уже потонул, а они оказались намертво запечатаны в пещере без единого шанса выбраться самостоятельно, упоминать об этом сейчас было глупо.

Если он заговорит о мече, Лань Ван Цзи догадается о его намерениях, что приведет к новому спору. Так что Вэй У Сянь лишь махнул рукой, а про себя подумал: «Вот уж в самом деле, ни одной хорошей вести!»

Он пошел вперед, с трудом передвигая ноги, а Лань Ван Цзи молча направился следом. Но Вэй У Сянь не прошел и пары шагов, как его ноги снова подкосились.

Лань Ван Цзи вновь подхватил его, и в этот раз приложил ладонь ко лбу, подержал немного и вынес вердикт: «Вэй Ин, ты… такой горячий»."

"Вэй У Сянь положил свою руку на его лоб и произнес: «Ты тоже горячий».

Лань Ван Цзи убрал его руку со лба и спокойно возразил: «Это потому, что у тебя озноб».

Вэй У Сянь ответил: «Кажется, у меня кружится голова».

Несколько дней назад он использовал все лекарственные травы из мешочка Мянь-Мянь, чтобы вылечить рану на ноге Лань Ван Цзи. Да еще немного оставил, чтобы заживить ожог от раскаленного тавро.

Ужасные условия и ледяная вода в пруду, наконец, сделали свое дело — у него начался жар.

С большим трудом пройдя еще несколько шагов, Вэй У Сянь ощутил, что с каждым шагом ему все хуже, и в конце концов идти больше не смог.

Он упал на колени там, где стоял, сел на землю и в недоумении спросил сам себя: «Как я умудрился с такой легкостью подхватить жар? Я ведь не заболевал уже много лет».

Лань Ван Цзи не стал оспаривать его «с такой легкостью», произнеся лишь: «Ложись».