Постучи в мою дверь

Ты начнешб фантазировать, как это будет… И к тому моменту, когда мы останемся наедине, ты станешь мокрой. Настолько, что задрав твое платье, я увижу, как по твоим бедрам течет смазка. Так много, что я смогу пить… Я наполню ею кубок… Запомни мои слова и думай о них. Кубок, твоя влага и наш вкус.

Ногти Олеси впились в его живот, царапая до крови. И в этом тоже было что-то сводящее с ума. Через ткань она накрыла его ладонь, сжимающую ее грудь.

Габор послушно сжал между пальцев сосок, потом наклонился и обхватил прямо через ткань тугую вершинку. Ее сосок был таким твердым, словно камешек. И горячим…

— Что я за это получу? — Он несколько раз облизал сосок через ткань, смачивая его так, что на рубашке появилось темное влажное пятно.

— А что ты хочешь? — Олеся шумно дышала, потерявшись в наслаждении так же, как и он.

Габор понял, что мог бы растягивать эту пытку часами. Гребаные сутки! Пока оба не сорвутся в бездну безумия. Он и хотел, чтобы было так. Довести их обоих до той точки, когда они обезумят от похоти и набросятся друг на друга, как два животных, одержимых инстинктом спаривания. Самец со своей самкой.

Наверное, Олеся пришла бы в ужас, узнай, о чем он думает. Но ему ни капли не было стыдно.

— Так чего ты хочешь? — Звук ее голоса заставил его вздрогнуть. Волна жара прошлась по телу, измученному едва сдерживаемой похотью.

— Отсоси у меня. Возьми в горло. Так глубоко, как сможешь.

Олеся сверкнула на него глазами:

— Ты же знаешь, что я не смогу…

Сладкая уступчивая девочка. Он сделает для нее все. Только бы она не узнала, какой властью над ним обладает.

— Я тебе помогу. Когда ты возьмешь мой член в рот, я сам вгоню его в тебе горло и буду держать там, пока ты не привыкнешь. — Она закусила губу, а взгляд совсем поплыл. — Тебя ведь это заводит, да? Мысли о том, как я буду натягивать твой рот на свой член, как буду трахать тебя в горло, пока ты не начнешь захлебываться…

Она задрожала, сжимая бедра. На лице появилась гримаса брови. От испарины кожа заблестела, словно покрытая тонкой изморозью.

Габор быстро убрал руку от ее груди и надавил Олесе на плечи, заставляя опуститься на колени:

— Не вздумай кончать. Только когда я разрешу! — Он поставил Олесю на колени и приподнял ее подбородок. — Ты слышишь меня? Только. Когда. Я. Позволю. Сначала будешь сосать.

Олеся кивнула и с готовностью принялась расстегивать его брюки. Габор тихо зарычал, не в силах сдержаться. Бедра рванули вперед. Едва он ощутил, как пальцы Олеси, через ткань, коснулись окаменевшей плоти, остатки разума испарились. Едва Олеся справилась с пуговицами и приспустила брюки вниз, член вырвался на свободу и качнулся к ней, прямо к пухлым алым губам.

Габор обхватил ствол рукой, пытаясь удержать себя от рывка в ее рот. Тогда все закончится через секунду.