Приговор воров

– Вся российская общественность пришла в негодование, когда узнала о подлом убийстве министра здравоохранения Российской Федерации. Для тех, кто только присоединился к числу наших слушателей, сообщаем: убит известный политический деятель… – И диктор назвал фамилию, которую называл Щукину Рустам, когда определял приметы, по каким Щукин должен был понять, что началась та игра, в которой Щукин предполагался как жертва. – Министр прибыл в казахстанский город Петропавловск с дружественным визитом. Смерть нашла его на аэровокзале, где он вместе со своей группой следовал к ожидавшему его автомобилю. Нож наемного убийцы вонзился министру в шею. Смерть была мгновенной.

Тут диктор сделал паузу, и Щукин явственно услышал, как он зашелестел бумагами.

– Напрасно кто-то думает, что такие покушения могут испугать приверженцев новой политической партии России. Как в старинной русской сказке – на место одного убитого встанут десять! – диктор сильно повысил голос к концу фразы.

«Ага, – мелькнула в голове Николая случайная мысль. – И тех десятерых грохнут, если понадобится».

Он выключил радио и сглотнул, пытаясь освежить внезапно пересохшее горло.

Потом усилием воли заставил себя успокоиться.

«Министр – это предпоследний заказ Рустама, – думал Щукин. – После министра у него есть еще один заказ, но об исполнении этого заказа вряд ли можно будет узнать по радио. Рустаму поручили грохнуть одного очень много знающего братка. Этому братку помогли устроить побег, но вместо верных соратников несчастного беглеца будет ждать Рустам… Что ж, теперь, когда министр мертв, нужно начинать действовать. Но как? Рустам не отступится от своего дела. Всякий нормальный киллер убил бы, получил деньги, и все. Из той ситуации, в какую попал Рустам, есть только два выхода – либо отказаться от заказа, либо выполнить заказ. Рустам же предупредил меня, потому что считал когда-то своим другом. Черт возьми, я его тоже считал своим другом. А сейчас столько времени прошло. Определенные чувства я к нему испытываю, но… Никому нельзя доверять, это я знаю точно. Почему-то думаю, что Рустаму я доверять могу. Он из тех, кто раз и навсегда выбирает свой путь в жизни и следует этому пути свято – не сворачивая никогда. Если он уверился в том, что он – убийца, значит, он будет убивать. И ни для кого не сделает исключения. Особенность характера, помноженная на больную психику… Времени у меня осталось мало. Но сколько именно – вот в чем вопрос? И потом – что мне делать? Рустам сообщил мне, что меня заказали, надеясь, что я буду скрываться от него. Дал мне шанс, так сказать. Но нельзя же скрываться вечно. Это просто противно. Надо мне как-то разобраться в этой истории с Петей и Филином.