Принц на рождество

 — Что еще я должна о вас знать, милорд?

— Что меня зовут Майкл.

— Майкл. Друзья обращаются ко мне по имени.

Девушка поджала губы.

— Не думаю, что имею честь входить в их число, — сухо обронила она.

— Бросьте, — отмахнулся лорд Эванс. — Сегодня мы с вами были на волосок от гибели. Согласитесь, подобное сближает.

Эбби против воли улыбнулась.

— Вы выпустили мою руку, — напомнила она.

— И тем самым спас нам двоим жизни, — в тон ей отозвался лорд Эванс. — Ну что, мир?

Он протянул руку. Поколебавшись, Эбби вложила свою:

Она ожидала, что он просто сожмет ладонь, но вместо этого лорд Эванс склонился и поцеловал кончики ее пальцев.

Эбби вспыхнула. По телу вдруг пробежали огненные мурашки, сразу сменившиеся ледяным холодом. Она ошеломленно взглянула на мужчину, но тот уже выпустил ее руку.

— Спокойной ночи, Эбби, — вкрадчиво, слишком вкрадчиво, проинзнес он.

— Спокойной ночи, — девушка заметила, что собеседник выжидающе на нее смотрит, и поспешно добавила. — Майкл…

Он усмехнулся и щелкнул пальцами, заставляя магический светлячок погаснуть.

Глава 20. Взгляд в прошлое

Лорд Эванс сидел в кресле и смотрел на девушку. Подчиняясь его магии, Эбби заснула, как только голова коснулась подушки. Майкл не сомневался, что завтра она наверняка припомнит ему это. Но это будет завтра, а пока ей необходимо было выспаться.

Портьеры никто не задернул, и луна осторожно заглянула в комнату. Её лучи высветили темные локоны девушки, рассыпавшиеся по подушке, безмятежную улыбку, едва заметную ямочку на подбородке, выбелил и без того бледную кожу. Эбби во сне поморщилась, и лорд Эванс торопливо задернул шторы, после чего опять сел в кресло.

Эбби… Он не знал, вернее, не помнил, когда вдруг стал интересоваться сестрой Томаса Торнотона. Может быть, когда увидел край цветастого платья в зарослях ежевики? Вряд ли, тогда Эбигейл было около пятнадцати, а Майкл никогда не интересовался школьницами.

К тому же тогда он пытался убедить Мелиссу не совершать глупостей. Бывшая невеста упрямилась, поскольку она привыкла получать все, что желала. А желала она Томаса Торнотона, и Майкл уступил. Пожал плечами, разорвал помолвку, тем самым обрушив на себя гнев старого короля. От ссылки в имение лорда Эванса спасло только то, что он был самым сильным магом. И руководил службой безопасности. Именно тогда за принцессой и была установлена слежка.

Донесения ложились на стол Майкла одно за другим, и почти во всех фигурировала и Эбигейл Торнотон, которая после смерти родителей жила в доме брата. Зная вздорный характер Мелиссы, Майкл ждал новостей о ссорах, но их не было. Напротив, принцесса сдружилась со своей золовкой и проводила с ней много времени. Лорд Эванс предполагал, что в этом в большей степени была заслуга самой Эбби.