Батя, Батюшко и Бэмби

Какой была потом, когда женщине полагается нежиться и приходить в себя, — она словно только проснулась. Требовательно, собственнически, жадно — и отдалась, и сама его взяла в плен. Так, что и презерватив остался в портмоне неиспользованным, а это для Дениса было сродни нокауту. Никогда во взрослой и сознательной жизни он не позволял себе таких вольностей, а тут — практически не задумавшись поддержал Олю в ее безрассудстве. Да и не жалел потом, собственно. Вопрос нежелательной беременности не стоял, а в плане остального Денис не сомневался. Все там в порядке со здоровьем, в этом Дэн был уверен интуитивно, а своей он интуиции привык доверять.

И кроме того, когда женщину рассмотрел так близко, интимно и подробно — в ее здоровье уже не сомневаешься. Нет, бывают, конечно, разные редкие исключительные случаи, но это явно не про них. Не про него, сдающего все возможные анализы раз в полгода. И не про нее, которая, имея спираль, еще и всегда держит под рукой презерватив. Нет уж, тут явно не та ситуация, когда необдуманный порыв будет наказан. Хотя больше не стоит все-таки так рисковать. Или стоит? Хорошо-то было — так, что Денис и не мог припомнить, было ли раньше что-то подобное. До дрожи хорошо."

"И в итоге не удержался, перезвонил ей через два дня. Сил не было ждать до пятницы. На пятницу у него составлен грандиозный план повторить все, только уже не на жестких досках сауны, а на немецком ортопедическом матрасе. И вообще, объявляется месячник орального секса. Дэн был уверен, что возражений не поступит. Ну а пока — просто увидеть. Невзначай коснуться. Поправить светлую прядь от щеки.

Поцелуй на прощание. Денис напросился на ужин, получив в дополнение полный комплект: Никита, кровожадно щелкающий лапчатым пинцетом, Изольда, ненароком подкладывающая Дэну на тарелку третью котлету, Геннадий Игоревич, смирившийся с присутствием мужчины в квартире своей дочери, хромой журнальный столик, декламация стихов и апофеозом всему — покрасневший до пунцового Тося. Теперь и повод есть парня лишний раз поддеть, а жалко. Кажется, влюбился. Шустрый у него интерн по всем показателям, однако.

Клацнула собачка дверного замка, и в кабинет явил свой светлый, упитанный и жизнерадостный лик Вася.

— С наступающим, Денис Валентинович!

— Для меня всегда было загадкой, с какого числа можно смело произносить эту фразу, — Денис прошел на свое место и сделал приглашающий жест Василию. — Ну, чем порадуете?

— Подарком, — Васенька полез во внутренний карман пиджака.

— А вот не надо меня обижать, дорогуша, — нахмурился Дэн. Подношений в конвертах он не любил. Даже не так — считал унизительным.