Батя, Батюшко и Бэмби

— Точно.

— Я у Дениса спрошу.

Оля вздохнула. Надо как-то это прекратить. Как-то… наименее болезненно.

— Потом спросишь, сейчас Денис занят, у него прием, больные. А может, даже операция. Да и мы уже приехали.

В коридорах было людно, много больных детишек. Переломы, гипсы, повязки, синяки… и всем им повезло. Не лежачие, как наверху. В таких стенах мыслить начинаешь по-другому.

— Добрый день, — послышался за спиной мужской голос. Оля обернулась и узнала большого рыжего доктора.

— Здравствуйте, — улыбнулась она.

— Как ваши дела?

— Все в порядке.

— Отлично. Как нога?

— Нога хорошо, пока не бегает, но скоро будет.

— Я рад.

И больше говорить было не о чем. Он достаточно воспитан, чтобы не лезть в личное, она… тоже. Только доктор Самойлов — друг Дениса. И ей очень хотелось с кем-нибудь поговорить о нем. Только не с кем. С Никитой — нельзя, и так далеко зашли. С Изольдой то же самое.

А она четыре дня не слышала низкий голос, ставший вдруг необходимым.

Бэмби… знаете, Николай Самойлов, ваш друг называл меня Бэмби. Я похожа на Бэмби? Меня никто в жизни так не звал. А он…

— Спасибо вам за помощь.

— Вы уж благодарили, — улыбнулся доктор.

— Да, правда, — Оля обернулась на дверь физиокабинета. — Что-то Никиты долго нет.

— Да вы не волнуйтесь, если бы что-то было не так, вас бы давно вызвали. Просто любая процедура требует времени. А в коридоре оно обычно идет медленнее, чем в кабинете.

— А в операционной?

— Когда как. Но бывают случаи, когда счет идет на секунды.

— Это очень страшно.

— Это наша работа, — в голосе доктора Самойлова были такие спокойствие и уверенность, что Оля подумала: им с Никитой очень повезло попасть в его руки."

"У Дениса хорошие друзья. Надежные. Она вспомнила вдруг, как Самойлов после операции подошел к ним, невозмутимый, выдержанный. Два врача, два хирурга.

Вспомнила она и обмен фразами. Был на что-то спор.

— Скажите, у хирургов случаются свои профессиональные споры? Например, на время операции? Кто быстрее управится?

Рыжий доктор даже в лице переменился:

— Никогда.

И Оля поняла, что, не подумав, сказала чудовищную вещь. Только из-за того, что ей хотелось через этого человека еще разочек коснуться Дениса. Дура, какая дура.

— Простите, простите ради бога. Я не хотела…

Положение спас Никита, который вышел из физиокабинета.

Она ругала себя за сказанные слова и по дороге домой, и помогая сыну раздеться в коридоре, и позже, когда, оставив ребенка на Изольду, поехала в офис.