Призыв - дело серьезное. Ошибка в ритуале

Только, укоризненно качнув головой, предупреждает:

— С этих пор ты принадлежишь только мне, Ирис. Но я дам тебе время это понять.

Не прощаясь и больше ничего не объясняя, он покидает мою комнату.

Глава 10. Множество открытий чудных

Раадрим встретил меня ласково, я словно вдохнул глоток свежего воздуха после заточения в гнилом подвале. Мгновенно улучшилось самочувствие, и магия снова переполняла, давая иллюзию абсолютного могущества. Приятное ощущение, надо сказать, но привыкать все же не стоит.

А еще следует быть предельно осторожным, чтобы не выдать себя. Насколько я успел понять, наспех изучив труды древних ученых, обнаруженные в библиотеке, два наших мира очень похожи.

Если не буду пользоваться магией на пределе сил, никто даже не поймет, что я — огнекрылый и, вообще, здесь гость. Это обнадеживало.

Что будет, если все же поймут, трудно сказать. Мятежник Гарлиф перед разгромом постарался уничтожить как можно больше документов. И все, что касалось договоров с Раадримом уничтожал особенно ретиво. Словно чего-то боялся и не желал, чтобы я узнал. Жаль, что убивая его, я не придал этому значения. Эх, надо было послушать герцога Шантэра и сохранить этому болотному слизню жизнь, вот сейчас бы и поспрашивал с пристрастием.

Да только ярость ослепила меня. Не сдержался.

Когда Гансо, засыпавший меня инструкциями вроде: «И улыбайтесь, улыбайтесь побольше, вашество! Вам очень идет улыбка», — наконец, посчитал меня готовым, я переместился в Раадрим по оставленной в заброшенном особняке метке. Чуть больше часа провел там, тренируясь использовать магию и правильно распределять силу. Гулял, рассматривая опустевшие залы и коридоры. Иногда заходил в комнаты, и выглядывал наружу в окна.

Однажды меня заметили проходившие поодаль дети и в ужасе перебежали на другую сторону улице, да припустили прочь так, что только сверкали босые пятки. Это наводило на мысль, что особняк пользуется дурной славой. Я чувствовал пропитавшую его магию, но никакого зла в ней не было. Здание не может быть само по себе «злым». Тогда в чем же дело?

Что-то во всей этой истории меня беспокоило. Магические драки среди адептов и у нас не редкость, но отличнице зачем-то потребовался демон-защитник — существо сильное и опасное даже для своего хозяина, но она все равно отважилась его призвать.

И призвала меня — огнекрылого, которому запрещено появляться в Раадриме. Интересно, как это сработало? Лазейка в договоре, оставленная для правителя Фриденвелта или есть еще какое-то условие?

И почему именно я? Почему именно тогда, когда я больше всего нужен Фриденвелту? Ее поступок сделал меня слабым в родном мире, вынудил его оставить на время. Это слишком подозрительно. Может, кто-нибудь ее надоумил? Использовал вслепую?

Но это еще половина беды.