Пропавших без вести – не награждать!

Теперь он мог стрелять из ПТР вверх, в сторону солнца, откуда, ревя двигателями, вновь заходил крылатый убийца.

Стрелять с земли в «Фокке-Вульф-189» – занятие бесполезное. Двубалочная конструкция фюзеляжа сбивает стрелка с толку: куда целиться, если посредине самолета дыра? Обычно, пока зенитчик наводил орудие на короткую гондолу между крыльями, «рама» успевала пройти вперед, и снаряды или пули летели позади кабины в пустоту. Но сейчас был другой случай – самолет шел, прижимаясь к земле, пилотская гондола визуально увеличивалась, пустота между балками в лобовой проекции исчезала.

Монгол упер приклад ПТР в плечо, проверил свободный ход курка. Как опытный стрелок, он задержал дыхание, до самого приближения самолета смотрел на дно окопа, берег четкость зрения. Когда, по его подсчетам, «рама» вошла в сектор обстрела, он вскинул голову, поймал в перекрестие прицела кабину и выстрелил.

Могучая пуля противотанкового ружья легко, играючи прошила насквозь пилотскую кабину, разворотила летчику грудь и вылетела с другой стороны кокпита. Некоторое время неуправляемый самолет летел на заданной высоте, потом, за дорогой, клюнул носом и врезался в болото. После удара «фоккер» развалился на части. В живых из экипажа не осталось никого.

– Мать его! – завопил Монгол. – Да я «раму» завалил!

Рейдовика захлестнула минутная эйфория: тело приобрело необычайную легкость, по жилам заструилась кипучая энергия – захотелось немедленно действовать, воевать и побеждать. Нервное напряжение сменилось плещущей через край радостью. Выскочив из окопа, Монгол погрозил кулаком в сторону упавшего самолета:

– Что, недоносок, понял, как воюют в Красной армии? Это тебе не по беженцам стрелять!

Внезапно во внешнем мире что-то изменилось. Еще ничего не поняв, повинуясь только инстинкту, подсказывающему, что наступает опасность, Монгол спрыгнул в окоп. Прислушался. Осмотрелся. Вроде бы ничего: в лесочке ветер шевелил листву; над полем, потрескивая крылышками, сновали стрекозы, в траве стрекотали кузнечики. На вспотевшее лицо пытались сесть комары. На солнце набежала тучка.

Безмятежность. Тихий летний день.

Но что-то в округе поменялось, что-то удерживало Монгола в укрытии минуту, пять, десять.

Вот оно! Из-за дальнего леса на дорогу выехал мотоцикл с коляской. За ним еще один. Следом крытый грузовик с солдатами и замыкающий колонну полугусеничный бронетранспортер.

Если бы ветер дул со стороны дороги, то рейдовик услышал бы шум моторов гораздо раньше, чем увидел колонну. А так техника появилась внезапно, и не сиди он в окопе, то наверняка попался бы в поле зрения пулеметчику с переднего мотоцикла.

– Какой черт вас сюда принес, ребята? – пробормотал рейдовик.