Пропавших без вести – не награждать!

 – Ваш документ составлен с нарушением приказа наркомата обороны.

– Чего, чего? – не понял Лукин. – Какого приказа?

– Согласно приказу наркомата обороны № 208, сухой паек выдается сроком, не превышающим трех суток. По истечении указанного срока военнослужащие должны быть переведены с нормы продовольственного снабжения № 9 на норму снабжения № 1 и поставлены на котловое довольствие.

– На какое довольствие, котловое? – начинал горячиться Лукин.

– Вот именно, на котловое. Через трое суток вы обязаны накормить военнослужащих горячей пищей. В вашей накладной указано, что сухой паек надо выдать на 14 суток.

Я не стану выдавать вам продукты на такой срок. Это нарушение приказа. Идите и пересоставьте накладную согласно действующим нормам снабжения.

– Слышь, я чего-то не пойму, ты дураком родился или тебя таким служба на складе сделала? Посмотри сюда, здесь что написано? 14 суток! Подписи все стоят? Печать есть? Чего тебе еще надо, очкарик? Какие трое суток? Как я тебе полевую кухню в пеший рейд возьму? Тебя туда запрягу?

– Я напишу на вас рапорт за оскорбление должностного лица при исполнении служебных обязанностей.

– Ты не должностное лицо, ты крыса тыловая! Пиши на меня что хочешь! Здесь есть телефон?

– Служебным телефоном пользоваться не положено.

После препираний и взаимных угроз складчик разрешил позвонить.

– Николай Егорович! – Лукин удивительно легко дозвонился до полевого лагеря. – Мне не хотят продукты выдавать…. Позвать начальника склада? Сейчас!

Лоскутова тыловик даже слушать не стал:

– Начальник продовольственной службы флота мог ошибиться и подписать неверно составленную накладную.

Все, разговор окончен! Составляйте накладные как положено и приезжайте за пайком завтра в первой половине дня.

Лоскутов перезвонил в штаб к Колесникову, тот доложил генералу. Морозов был занят и велел разобраться с инцидентом Рогожину.

– Здравствуй, Семен Васильевич! Это Рогожин. Ты знаешь, что моим бойцам на твоем складе отказались сухпай выдавать? А, знаешь, уже доложили… Не бережешь ты личный состав, Семен Васильевич, не бережешь! Нельзя так с людьми поступать… Как поступать? А вот так! – взревел в трубку Рогожин.

 – Если мне через десять минут со склада не перезвонят, то я пошлю туда комендантское отделение, велю твоего начсклада арестовать и предать суду военного трибунала за саботаж. Понял? Что ты мне тут горбатого лепишь про какие-то нормы снабжения? Зажрались здесь, как я посмотрю! Горощенко, если мне сейчас со склада не перезвонят, ты у меня партбилет на стол выложишь, понял? Что ты понял, мать твою? Горощенко, я ведь не поленюсь, я проверю у тебя организацию партийно-политической работы в управлении.