Пропавших без вести – не награждать!

Теперь понятно?

– Мудрено загнул как-то. На примере можешь объяснить?

– Могу. Чук, иди сюда. Скажи, как на твоем языке будет «ети твою мать»?

– У нас, однако, про мать нету. У нас так про старую собаку говорят.

– Давай про собаку, все равно никто ничего не поймет.

Чук в полнейшей тишине произнес короткую фразу на тунгусском.

– Вот видишь! – вскричал Мазур. – Видишь? Ты хоть слово понял? И я ни черта не понял. А не поняли мы его потому, как он говорит на своем языке, следовательно, он нерусский. А теперь скажи, если хохлу кирпичом по ноге звиздануть, то на каком языке он твою матушку помянет? На русском.

Отсюда мораль – украинского языка не существует, такой нации, как украинец, нет.

– А как же западные украинцы? – возразил кто-то. – Они когда на своем языке быстро говорят, то ни слова не поймешь.

– И понимать ничего не надо, – раздался голос Кабо. – С развитием социализма языковые преграды между людьми будут устранены и так называемые «национальные» языки отойдут в прошлое. Раньше считалось, что единым языком при социализме будет эсперанто, но с середины 1920-х годов партия приняла решение считать языком межнационального общения русский язык.

– Товарищ Кабо, – оживились краснофлотцы, – а когда немцев победим, то и они будут по-нашему говорить? Все нации будут русский язык учить?

– Хватит болтать! – прервала начавшийся балаган Кабо. – Достали конспекты и запишем тему сегодняшнего занятия: «Закономерное стирание различий между городом и деревней как следствие развития социалистических отношений на селе». Чук, Иванов, Грин! Если вы неграмотные, то это не значит, что вы должны сидеть сложа руки. Гагин, раздай им по листу бумаги, пусть переписывают буквы с плаката.

В конце лекции десантник Иванов, прикидываясь простачком, спросил:

– Товарищ Кабо, скажите, а после победы коммунизма женщины будут больше на вас похожи или на здешнюю повариху?

В ленинской комнате все замерли, ожидая ответа, но для Кабо такие вопросы были не впервой.

– Главное, Иванов, – веско сказала она, – чтобы мужчины на тебя похожими не были, а то никакой коммунизм не построим. Всем встать. Смирно! Занятия окончены.

Поварихи на теплоходе не было, а была камбузная рабочая Глафира Короткова, высокая крепкая женщина лет сорока.

Как понял Лоскутов, она доводилась родственницей капитану сухогруза и была в плавании уже не в первый раз.

С прогулки по палубе в каюту вернулся Монгол.

– Я уже в который раз убеждаюсь, что кличку себе надо выбирать самому. Ты представляешь, солдаты придумали Геку новое имя – теперь он Геккон.

– Да нет. Я сказал ему, что «геккон» в переводе с латинского значит «маленький злобный змей». Вполне нормальное имя с тунгусской точки зрения.