Рай по завещанию

Еще когда он открыл дверь, то уже знал – так и будет… Это неизбежно… Предопределено.

Иден разгадала его намерения и, как и опасалась, не могла двинуться с места. Он наклонился – тело тянется к телу. Желание ищет ответ. Его губы накрыли ее рот – какой древний этот жест!

Они стояли, едва соприкасаясь, соединенные всплеском желания, отвергающего разум. Ладони Рэма легли на талию Иден, она раскинула руки, обнимая его широкую спину. Желание нашло желание, прошлое и будущее исчезли.

Рэм подхватил ее на руки. Иден была легкой как перышко, он опустил ее на постель и накрыл своим телом.

Она замерла в его объятиях. Губы Рэма пробежали по лицу, шее. Нетерпеливые пальцы скользнули по корсажу, отыскивая пуговицы. Платье и сорочка полетели в угол каюты.

Он ощутил биение ее мягкой плоти и жажду утолить свой ненасытный голод. Иден принадлежит ему, он имеет право взять ее. Это бессознательное желание поразило его, Рэм приподнялся, чтобы увидеть пламя удовольствия, осветившее лицо Иден.

Желание кипело, требуя немедленного выхода. Иден вздрогнула всем телом, когда он раздвинул ее ноги и вошел в нее.

Каждое прикосновение заставляло все теснее прижиматься к этому твердому мужскому телу, требуя все больше и больше. Да, эти мгновения – то, чего она хотела: почувствовать его внутри себя, ощутить тот союз, которому суждено длиться вечно…

Они двигались в едином ритме, обласканные страстью друг друга, желая истратить тот запас огня, который накопился за последние дни. Ритм участился, биение страсти становилось все сильнее. Дыхание, пульс, жизнь превратились в единое целое.

Вместе они стерли последний барьер и окунулись в море чистого света и блаженства.

Купаясь в океане страсти, дрожа от нарастающего наслаждения, Иден гладила плечи Рэма, касалась груди. Страсть постепенно утихала.

Волосы у обоих были всклокочены, веки отяжелели. Иден дышала с трудом, но никакие чувства, кроме огромного удовлетворения, не пробивались в разум. Вся вселенная сосредоточилась в этом мужском теле, в кольце горячих объятий.

Пик страсти миновал, они прижались друг к другу, утомленные, счастливые.

Глаза Маклина закрылись от удовольствия, дыхание замерло.

Гладкая кожа, нежные бедра Иден, сладость ее поцелуев – блаженство, сравнимое с болью, сладкой болью. Рэм прижался губами к ее макушке, стал нежно скользить по волосам, коснулся уха. Усталая улыбка появилась на лице.

Иден еще раз потерлась бедрами и грудью о его тело, прежде чем отдаться туману сна. Рэм некоторое время наблюдал за ее умиротворенным лицом, думая о том, что никогда еще ему не было так тепло и хорошо.