Развод в 50. Муж полюбил другую (СИ)

Несмотря на свои двадцать девять лет, жену и детей, в глубине души он всё ещё ребёнок, который не может смириться с тем, что его семья распадается.

— Есть вещи, которые невозможно исправить, сынок, — говорю я, и мой голос звучит неожиданно твёрдо. — Предательство — одна из них.

В памяти всплывает прошлогодний мартовский семейный ужин. Рамазан был особенно внимателен, подарил мне большой сет, инкрустированные в белое золото изумруды и бриллианты. Сет тогда Рамазан вручил внушительный: колье с подвеской, серьги, кольцо, браслет.

Я тогда еще удивилась такому дорогому подарку. Нет, муж часто дарил золото с драгоценными камнями, но не такие уникальные и в таком комплекте.

И он уже тогда встречался с ней… Тошнота подкатывает к горлу, и я сглатываю, пытаясь сохранить самообладание.

— Это не просто интрижка, мама, — говорит Мурад тише, почти умоляюще. — Отец говорит, что по-настоящему счастлив с ней. Я такого никогда не видел. Он… изменился.

Каждое слово сына — как гвоздь в крышку гроба моего брака. Я вспоминаю, как Рамазан всегда выглядел солидно, представительно. Его дорогие костюмы, идеально подогнанные по широким плечам, его властный взгляд, когда он проводил совещания. Я гордилась им, его успехом. Мой муж, директор строительной компании, уважаемый человек. А теперь он "по-настоящему счастлив" с другой.

— Фарид и Лейла знают? — спрашиваю я, переключая внимание на младших.

— Нет, — отвечает Мурад. — Они ещё на горнолыжном курорте. Отец хочет сам им рассказать, когда они вернутся.

Представляю, как отреагируют мои младшие. Лейла, моя гордость, так похожая на меня. И Фарид, задумчивый мальчик с аналитическим умом. Они оба обожают отца. Как он объяснит им, что бросает их мать ради женщины, которая моложе и теперь беременна от него?

— Надеюсь, они будут готовы встретить своего нового брата или сестру, — произношу я, и сама удивляюсь, как ядовито это звучит.

Мурад смотрит на меня потрясенно: — Мама…

— Что? — я поднимаю на него взгляд. — Разве не этого хочет твой отец? Новой семьи, нового ребёнка?

Горечь переполняет меня. Я провела тридцать лет, поддерживая Рамазана, создавая уют в доме, растя наших детей. А он год назад встретил женщину моложе меня и решил, что я была лишь… привычкой.

В голове мелькают воспоминания: как мы с Рамазаном везли Мурада из роддома — такие юные, испуганные, счастливые. Как праздновали его первый день рождения, как учили его ходить… Неужели всё это ничего не стоило для него?

— А сколько ей лет, этой… Зумрут? — спрашиваю я, и имя женщины жжёт мне язык.

Мурад отводит взгляд: — Тридцать два.

Меня будто окатывает ледяной водой. Тридцать два. Она старше моего старшего сына всего на три года. Моложе меня на шестнадцать лет.