Бригада (1-16)

Пора бы уж! Подлетное время на исходе. Словно в ответ на его нетерпеливый жест от линии горизонта в той стороне, где должен был находиться берег, отделилась черная точка. По мере приближения она медленно изменяла свой цвет и очертания, пока не превратилась в сине-голубого цвета вертолет огневой поддержки морской пехоты. Поравнявшись с судном, вертолет снизил скорость, некоторое время летел параллельным курсом, а потом опустился на палубу рядом с пятью своими близнецами.

Прежде, чем перестали вращаться лопасти воздушных винтов, дверца вертолета открылась, и на палубу один за другим спрыгнули Александр Белов, Иван, Андрей Загорняков и Авад Бен Ладен.

Последний был в наручниках. Все четверо выглядели крайне измученными. По команде Введенского знаменитого террориста тут же взяли под охрану двое фээсбэшников. Загорняков строевым шагом подошел к генералу и с отработанной, лихостью доложил:

— Товарищ генерал, капитан Загорняков…

— Вольно! — прервал, не дослушав его, Введенский и, отдав честь, пожал Заике руку. — Давайте без чинов, капитан.

Наш резидент в Кувейте уже доложил мне о ваших подвигах. Как долетели?

— Превосходно, — скрывая усталость, бодро произнес Загорняков."

"Подошли Белов, Иван и, в сопровождении почетного эскорта ФСБ, Бен Ладен. Игорь Леонидович пожал руку Белову и его сыну. Ваня во все глаза глядел на генерала, выглядевшего, надо признать, весьма импозантно. Белов был мрачен, задумчив и даже не посмотрел на весело улыбнувшегося ему Введенского. К ним присоединилась группа морских офицеров во главе с командиром, корабля.

Они, не скрывая любопытства, рассматривали тщедушного на вид террориста. Судя по их реакции, он не произвел на них сколько-нибудь заметного впечатления.

Долгие годы работы в органах научили Игоря Леонидовича сдерживать свои эмоции. Поэтому сухим казенным голосом, на хорошем английском он сообщил Бен Ладену, что тот арестован и будет выдан американскому правительству Соединенных Штатов, на территории которых он совершил самый грандиозный и чудовищный по количеству жертв террористический акт, и где планировал совершить новые преступления.

Справедливость должна восторжествовать.

По лицу араба нельзя было разобрать, понял ли он хоть что-нибудь из того, что ему сказал человек в генеральской форме. Никто не произнес ни слова. Слышно было только, как шумят волны, как гудит двигатель в недрах корабля, и как полощется у них над головами бело-голубой андреевский флаг.

Затянувшееся молчание прервал Загорняков.

— Какая же это справедливость? — возмутился он, плюнув на субординацию.