Река Хронос

 — Вечером он всех подготовит.

— Ну что я могу поделать? — Коля обезоруживающе улыбнулся кондуктору, которого выделял и уважение к которому подчеркивал.

— Пошли, — сказал кондуктор. — Чего мы к человеку пристали.

— Я в Симферополе живу. В Глухом переулке.

— И в самом деле, — сказал телеграфист.

«Что же он уволок? — думал Коля. — Ведь Раиса подумает на меня».

— Нет, я думаю, раз уж столько времени потеряли, — сказал солдат, — поведем его в экипаж. Там проверят.

Этот момент нерешительности разрешила своим неожиданным появлением Раиса.

Она открыла дверь в прихожую и увидела, что там стоят незнакомые люди.

Ей бы испугаться, но законы революции, позволяющие вооруженным людям входить в любую дверь и брать что им вздумается, включая жизнь любого человека, эти законы еще не были усвоены Раисой. Впрочем, они еще не стали законами и для тех, кто привел Колю.

Коля от звука ее голоса сжался. Еще мгновение, и она убьет его. Убьет, не желая того. Сейчас она скажет: «Коля».

— Это я! — почти закричал Беккер. — Это я, Андрей. Ты слышишь, Рая? Это я, Андрюша! Меня на улице задержали, документы потребовали, а у меня с собой не было.

Сейчас она удивленно скажет: «Какой еще Андрюша?»

Но Раиса скорее чутьем, чем умом, угадала, что надо молчать. В доме опасность. Угроза.

Телеграфист уже вышел в прихожую и, задев Раису, пошел к двери. Та отстранилась, чтобы пропустить его.

И тогда солдат, самый недоверчивый, спросил:

— А как будет фамилия твоего постояльца?

— Чего? — спросила Раиса.

И в тот момент Коля понял, что же взял телеграфист.

И в этом было спасение.

— Держи вора! — закричал он. — Держи вора! Он серебряную сахарницу со стола унес!

А так как видимость законности еще сохранялась, то телеграфист кинулся к двери и замешкался, спеша открыть засов.

Раиса сразу сообразила — вцепилась ему в плечо. И тут уж было не до документов, потому что телеграфист выскочил на улицу и побежал, высоко подбрасывая колени. Раиса неслась близко за ним, но все не могла дотянуться, а Коля бежал за ней, понимая, что с каждым шагом удаляется от опасности. Правда, и кондуктор с солдатами топали сзади, но Коля понимал, что не он уже цель их погони.

Впереди показался господин в распахнутой шубе, похожий на Шаляпина, он ринулся к беглецу, чтобы помочь преследователям.

Телеграфист увернулся и выкинул сахарницу. Сахарница была круглая, без крышки — крышку потеряли уже давно. Она покатилась по камням мостовой, Раиса побежала за ней, а кондуктор и солдат обогнали Колю и скрылись за углом, преследуя телеграфиста.

Коля дошел до угла и увидел, что они все еще бегут, огибая встречных.

Раиса стояла, тяжело дыша, прижимала сахарницу к груди.

— Зря я тебе ключи дала, — сказала она.

— Скажи спасибо, что я живой остался, — сказал Коля.