Рецепт красивой смерти

– Усмирять? Он что, буйный?

– Пьяный он, – просто ответил Увербеков. – Он вообще редко просыхает.

– Отлично, значит, пообщаться с ним не удастся? – нахмурился Лев.

– Если подождете, пока мы его здоровье поправим, через пятнадцать минут будет как огурец, – пообещал капитан.

– Рассолом, что ли? – невольно улыбнулся Гуров. – Или похмелиться нальете?

– Витаминный коктейль безопаснее. Доктор из нашего лазарета с такими в два счета справляется, – ответил улыбкой Увербеков. – Строго говоря, он уже под капельницей. Проявили инициативу.

– Ладно, веди к себе, расскажешь, что за фрукт этот ваш Пигарев.

Может, и беседовать не придется.

Мебель в кабинете Увербекова сохранилась еще со времен тотального однообразия. Старинного образца стол, строенные кресла, принесенные из какого-то кинотеатра, самодельный шкаф и солидный двухъярусный сейф со стенками, что танковая броня. Единственным предметом, выбивающимся из общей картины запустения, был новенький ноутбук на полированной поверхности стола.

– Богато живете, – не удержался от колкости Гуров.

– Вы про мебель? Да пусть, нам не мешает, – улыбнулся Увербеков.

 – Зато мы лабораторию усовершенствовали. Вашим, московским, не чета, но не хуже, чем в Костроме. К нам со всей области едут, если экспертизу быстро провести нужно. Это покруче, чем диваны и всякая лабутень, вроде кожаных кресел. Чаю хотите? Могу предложить классику или зеленый, он сейчас в моде.

– Не откажусь, – кивнул Лев. – С шести утра на ногах.

Увербеков нагрел чайник, выставил перед ним стакан, сахарницу и миску с печеньем, отдельно поставил две пачки чая, на выбор. Гуров налил кипяток в стакан.

– Так что там с Пигаревым? – напомнил он о цели визита.

– Пигарев – субъект неоднозначный, – начал рассказывать Увербеков. – Когда-то он в Костроме жил, квартиру хорошую имел, работу престижную. Но потом все как-то не заладилось у него. Жена ушла, квартиру пропил, переехал к нам в Левашово. Сейчас на пенсию живет. Иногда, когда просохнет, шабашит у поселковых. Кому крыльцо починить, кому проводку обновить. Он, вообще-то, мастер на все руки. Хоть картину маслом написать, хоть движок у иномарки перебрать, ему это одинаково легко.

– О его московском друге что-то слышали? – спросил Гуров.

– О том, который всех к себе в дом пускает? А то! Здесь всем об этом известно, – рассмеялся Увербеков. – У нас про того парня легенды складывают.

– Да так, ерунда всякая. Кто-то хорошее говорит, кто-то плохое.

– Расскажите, время есть.

– Говорят, что он в жизни натворил что-то совершенно ужасное, а теперь таким вот странным образом грехи замаливает. Вроде пускает к себе на постой бедных и прощение грехов за это получает.

– Хорошая версия. Есть еще одна, верно?

– Есть, товарищ полковник.