Рецепт красивой смерти

Во время последней отсидки был произведен в «авторитеты».

– О-о-о!.. Хорошего судака заблеснил! Поздравляю! – усмехнулся Лев и скомандовал Глебушкину: – Вперед, и без глупостей!

Они прошли через КПП на территорию следственного изолятора и направились в кабинет для проведения допросов.

– Хочешь организовать очную ставку? – поняв, что за игру затеял Лев, уточнил Стас, язвительно хохотнув.

– Я ничего говорить не буду! – неожиданно выпалил задержанный, с ненавистью глядя на оперов. – Я требую вызвать моего адвоката!

– Будет тебе и адвокат, будет и белка, будет и свисток… – с непередаваемым безразличием обронил Гуров. – Но ты сейчас и сам как канарейка защебечешь…

Ошарашенно взглянув в его сторону, Клещ угрюмо насупился и стиснул рот, как бы подчеркивая этим, что говорить он и в самом деле ничего не станет. Когда опера вошли в кабинет, Глебушкина посадили рядом с дверью, чтобы входящие в кабинет сразу его заметить не могли. После этого Лев распорядился снова привести Бунцагина. Тот вошел в помещение, как и прежде, угрюмо-молчаливый, настроенный отказываться от всего и вся. Приказав ему сесть, Гуров с нескрываемой язвительностью поинтересовался:

– Ну что, гражданин Бунцагин, теперь вам придется отвечать еще и за организацию покушения на охранника Зимчука. Вы наняли уголовного авторитета Клеща, оплатили ему услуги, и он заказ выполнил. Но не в полной мере, так, как вам хотелось. Удар Зимчуку нанес не он сам, а его, так сказать, «воспитанник» из молодежной криминальной группировки ВЗПВ. И поскольку мальцу людей убивать еще не приходилось, его рука дрогнула, и удар не оказался смертельным. Зимчук, к счастью, жив. И через пару дней расскажет много интересного про то, кто и зачем приходил к вам два года назад. Так что дурачком не прикидывайтесь и говорите все начистоту. Учтите, последний раз прошу дать чистосердечное! Если нет, то пойдете по самым серьезным пунктам. Так да или нет?

– Нет! – выплюнул Бунцагин. – Я могу вернуться в камеру?

– Идите! – все так же многозначительно улыбаясь, утвердительно кивнул Лев.

Директор НИИ с заложенными за спину руками встал со стула, повернулся к двери и… Тут же замер, словно громом пораженный: он увидел сидящего на стуле Глебушкина. Это было настолько неожиданно, что Бунцагин на какое-то время утратил дар речи. Но пару мгновений спустя яростно выпалил:

– Ссучился, падло?! С потрохами сдал?!!

Самолюбиво сверкнув глазами, Клещ тоже вскочил со стула и, скривив рот, презрительно бросил:

– Мудак! Тебя купили задешево, как лошару последнего! Зря я с тобой связался, с козлом тупым! Да еще и полудурком дефектным. Че таращишься? Сам раскололся как панельная дешевка. Молчал бы, гнида, и все было бы тип-топ. А теперь… А теперь получишь по полной. И по суду, и от братвы.