Родословная до седьмого полена

— Надо говорить коробка для завтрака, а не фокс-мокс-токс, — прошипел Дегтярев, — впредь попрошу в моем присутствии высказываться исключительно на русском языке. Я живу в России! Я не ланч жру, а обедаю. Лапен кто? Немедленно положить мне на стол перевод тупого слова!

— Кролик, — услужливо подсказал Евгений.

— Следовательно, на ужин заяц, а не лапен-папен-бабен! — топнул ногой толстяк и умчался.

— Что у него произошло? — заморгала я. — Впервые вижу Дегтярева в таком бешенстве.

— Труп удрал, — рассмеялся Сеня.

— Удрал? — повторила я. — Кто?

— Мужик, которого в лесу мертвым нашли, — пояснил Собачкин.

— Но это невозможно, — сказала я.

— Я слышал рассказы о трупах, которые на прозекторском столе садились, — хмыкнул Собачкин.

— Леонид один из лучших экспертов и далеко не новичок, — ринулась я на защиту патологоанатома, — он покойника с живым никогда не спутает.

— Выслушай сагу, — весело хихикая, перебил меня Сеня, — потом выводы делай.

— Говори, — согласилась я и услышала занимательную историю.

Леонид вчера по дороге из Ложкина на работу купил пирожок с рыбой, когда он, протащившись по всем пробкам, вошел в офис, то ощутил недомогание, да такое сильное, что ему вызвали «Скорую».

С диагнозом отравление патологоанатома увезли. Поэтому на мой второй вызов бригады в лес отправился Григорий, молодой парень, пару дней назад взятый на службу. Дегтярев был страшно недоволен заменой, но альтернативы не оказалось, Леня лежал под капельницей, и ему не стало лучше.

Понимая, что начальник зол, и боясь совершить какую-нибудь ошибку, Гриша долго возился в лесу. Мужчина определенно выглядел мертвым, труп запаковали в мешок и повезли в морг.

Наступил вечер, Гриша не ел, не пил, устал, очень хотел домой. Александр Михайлович уже уехал, но он позвонил Деревянкину с вопросом:

— При первичном осмотре ничего не выявлено, — отрапортовал парень. — Почему он скончался, выясню завтра при вскрытии. На инфаркт похоже. Или инсульт. Или еще чего. Подозреваю не насильственную смерть. На руках нет защитных ран…

— Не балаболь, — перебил недавно испеченного прозектора полковник, — работай. Завтра четко доложи результат. Гадать на бобах не надо.

А сейчас отправляйся домой.

Григорий, похоже, обиделся. Он пожаловался на грубость полковника своему помощнику и пошел в душ. Мылся Гриша долго. Он не только испачкался в лесу, но и продрог, как цуцик, поэтому с удовольствием наслаждался горячей водой. Выйдя в раздевалку, Гриша открыл шкафчик, хотел одеться и ехать домой, но не нашел своих вещей. Внизу стояли только кроссовки. Весьма странно, но при росте метр восемьдесят шесть Деревянкин носит обувь тридцать девятого размера. Ну прямо, как девочка.