Росская империя - Белый крейсер. Возвращение императора. Последняя битва

Говорил я старику, чтобы не связывался с кликой Тарговского, так нет же, не послушал.

— Вот уж кого мне совершенно не жаль, так это Тарговского, — хмыкнул хозяин дома. — Я из-за него столько денег потерял, что вспоминать тошно.

— Ну, он подставлял всех, кого мог подставить. Вот и пристрелили, как собаку. Жаль только, других за собой потянул.

— Вернемся к делу, господа, — поднял ладони Кульчинский. — Я созвал вас здесь потому, что именно мы четверо обладаем самыми большими пакетами акций предприятий военно-промышленного комплекса. Из полученных мною сведений, а эти сведения мне недешево обошлись, стало известно, что император страстно жаждет национализировать наши предприятия.

Если это произойдет, то наши потери будут грандиозны. Поэтому нам необходимо выработать методику противодействия.

— Вы считаете, что противодействие возможно? — недоверчиво посмотрел на него Даранович. — Мне как-то не хочется, чтобы ко мне в дом ворвались синтарцы и поставили меня к стенке. В жестокости этого зверья мы все убедились. Они, как цепные псы, бросятся на любого, в кого ткнет пальцем император.

— Я не намерен покорно расставаться с моей собственностью, — холодно отрезал Кульчинский.

— Не стоит спешить, — тонко усмехнулся Хольгер. — До меня дошла кое-какая информация, которой я хочу с вами поделиться. В курсе ли вы, что департамент безопасности начал конфискацию множества пакетов акций у нескольких трастовых фондов?

— В курсе, — скривился Каратич. — Так дело и до наших акций дойти может.

— А что вы думаете по поводу принятого вчера закона о невозможности для не граждан Росса вести бизнес на территории страны?

— Чушь какая-то. Не понимаю, для чего нужен этот закон.

— И вы не видите связи между конфискациями и законом? — прищурился Хольгер, в его глазах появилась насмешка.

— Не вижу, — буркнул Каратич.

— А зря. Хочу вам сообщить, что вышеуказанные фонды на самом деле через подставных лиц принадлежали карханцам. Большей частью — небезызвестной вам госпоже Моак. Теперь все ясно?

— Это точно? — хрипло выдохнул Кульчинский.

— Да, — подтвердил Хольгер. — У меня есть свои люди в ДИБ, они тоже хотят кушать. От них стало известно, что император собирается прикарманить все принадлежащие карханцам пакеты акций, и это одномоментно делает его самым богатым человеком страны.

— А мальчишка не промах… — с досадой покачал головой Даранович. — Хорошо извернулся. Но что это может значить для нас?

— А то, что у императора в руках появится реальный рычаг давления на очень многие фирмы. О чем речь, больше двух десятков корпораций вообще пальцем шевельнуть не смогут без его позволения — он становится владельцем их контрольных пакетов.

— Паскудство! — зло выплюнул Кульчинский.