Росская империя - Белый крейсер. Возвращение императора. Последняя битва

– Случилось… – обессиленно выдохнул тот, падая на стул. – Я поручил синтарцам навести порядок в госучреждениях и восставших городах…

– Что вы сделали?!. – не поверил своим ушам генерал.

– Поручил синтарцам навести порядок… – мрачно повторил Ландрис.

– Вы спустили с поводка синтарцев?! – Таркович в ужасе схватился за голову. – Представляю, что они наворотили…

– Не представляете… – уныло помотал головой личный вассал. – Я даже не думал, что за столь короткое время можно так запугать народ. В тех трех несчастных городах на улицу никто не выходит, никто не работает, на всех фонарях висят бунтовщики, а в бунтовщики синтарцы записывают за не так сказанное слово.

Чиновники после децимации…

– После чего?!! – полезли на лоб глаза генерала.

– Децимации… – тоскливо пробурчал Ландрис. – В общем, они теперь с каждой бумажкой подходят к синтарскому наблюдателю за визой, а те, ничего не понимая в бюрократической волоките, связываются со мной. А я в этом тоже ни хрена не понимаю!

– Сочувствую, – ядовито процедил Таркович.

– До прибытия императора бы продержаться…

– Ой, боюсь, что вы на пару с синтарцами за это время таких дел наворотите, что и император не разгребет…

– Так что же мне делать? – безнадежно спросил вассал.

– Деваться некуда, помогу… – вздохнул генерал, мысленно попрощавшись с надеждой еще немного отдохнуть.

– Не за что, одно дело делаем…

Алексей расхаживал по своей каюте, размышляя о случившемся за последние дни. Многое, очень многое оказалось неожиданным, взять хотя бы помолвку сразу с двумя принцессами, одна из которых прыгнула в его постель уже следующей после помолвки ночью. Причем оказалась так настойчива, что отказать не было никакой возможности, да и не хотелось, если честно – Алиса отличалась редкой привлекательностью.

При воспоминании об этой ночи щеки императора полыхнули алым – он и не представлял, что в постели можно вытворять такое и с таким энтузиазмом. Интересно, а принцессы друг к другу ревновать не станут? Не хотелось бы. Впрочем, с Алисой все ясно – шлюха, она и есть шлюха. А вот Катинка…

Но сейчас Алексея занимало совсем другое. До него только сейчас начало доходить, что же представляют из себя ларатцы, насколько их психология и менталитет отличаются от всего привычного, хотя он воспринимал их без внутреннего отторжения, сказывалось, что сам воевал.

Понятно, конечно, почему они такие – народ, сражавшийся двести лет почти без передышки, другим быть и не может. Но превращать страну в единый военный лагерь император желания не имел, а ларатцы ничего другого предложить не в состоянии. И с синтарцами они споются очень быстро – родственные души. Несомненно, эти два народа так и останутся основой имперской военной машины.