«Сандал», которого не было

– Под «крышу»! Здесь многие наши так делают. С этого и живут! Нам ведь тоже деньги нужны? Да и место, где можно свободно собираться, – тоже!

– Ну да, – не очень уверенно сказал Салман. – Только у них, наверное, уже есть «крыша».

– Ничего, поменяем! Знаешь, как рубероид снимают, а оцинковку кладут?

Салман не понял – причем тут рубероид и оцинковка, но уверенно кивнул.

Квартира давно не видела ремонта и была крайне запущенной, но Шамсутдина это не смутило: Москва богатый город, здесь можно быстро «подняться»! Скоро у него будет и свой дом, и навороченный джип, и новый отряд.

Его можно будет тоже назвать «Молодые моджахеды». Тем более что костяк уже есть…

Вечером будущие моджахеды собрались в пивном баре «У Семена». Их было семеро, и о печальных известиях, полученных Шамсутдином, все уже знали.

– Соболезную! – сказал Дауд.

– Терпения тебе! – поддержал Анзор.

– И я соболезную! Прими и мои! – закивали остальные.

Шамсутдин поднял руку.

– Благодарю вас, братья мои! Но терпеть я не собираюсь. И надеюсь, что вы поддержите меня. На нашей земле идет война.

И мы будем моджахедами в самом сердце врага… Мы не дадим им покоя…

Присутствующие непонимающе переглянулись.

Белобрысый официант принес пиво, бастурму и суджук. Шамсутдин подождал, пока он отойдет, и продолжил:

– Каждый из нас поклянется на Коране в верности нашей борьбе. И мы будем убивать кафиров здесь, где они этого не ждут! Каждого, кто попадется!

Шамсутдин ждал восторженного одобрения, как было в верхнем Арна-Юрте, но не дождался. Все молчали.

– Я не буду этого делать! – сказал вдруг Дени.

Шамсутдин взглянул на Салмана.

– Ты же говорил, приведешь достойных… Это по-твоему достойный?

– Я не его имел в виду! – торопливо ответил Салман.

– Почему я недостойный? – спросил Дени. – Коран не допускает убийства невинных! «Кто убьет человека не за убийство, тот словно убил всех людей, а кто сохранит жизнь человеку, тот словно сохранит жизнь всем людям» – вот что в нем говорится!

– Ты плохо знаешь Коран!

– А ты покажи, что знаешь лучше! Может, Коран разрешает пить спиртное? – Дени резко отодвинул от себя кружку с пивом.

– А ты? Хвалишься смелостью, но сам уехал от войны и от опасностей, оставил погибать близких! А здесь хочешь убивать первых встречных!

Шамсутдин впился в него угрожающим взглядом, но Дени не опустил глаз. Он был на голову ниже оппонента и не богатырского телосложения, но явно не боялся. Несостоявшийся амир не знал, как себя вести. Избить земляка – опасное дело: за ним стоит род, а он и так завел много недоброжелателей, если не врагов.