Сдавайся, это любовь…

Пульсирующий, налившийся член не просто стоял, он дерзко покачивался, дразняще скользя по моим губам, отстукивая пароль для входа.

Медленно. Невыносимо медленно прошлась языком от самых яичек до головки, нарочно поиграв с уздечкой, а когда подрагивающая плоть скользнула меж губ, закружила языком.

Кирилл легко подергивал бёдрами, не сводя с меня пристального взгляда. Смотрел с искрящимся восхищением, удивлением и абсолютным поражением. С каждым моим движением капитан Чибисов капитулировал. Смыкала губы, образуя тугое кольцо, легко скользящее по его стволу.

Языком повторяла очертания выпуклых дерзких ве́нок, а пальцами легко и дразняще поглаживала твердые яички.

Я все углубляла и углубляла вхождение, упиваясь его округляющимися от удивления глазами. А когда головка стала едва ли не касаться горла, Кирилл сдался, взвыл раненым волком и сделал то, о чем мечтал… Намотал волосы на кулак и толкнулся с силой.

Дыхание перехватило, но меня было не остановить. Я вновь и вновь встречала его каменный член дразнящим поглаживанием языка. Он продолжал контролировать толчки, грубо сжимая волосы одной рукой, а пальцами второй скользил по лицу.

В этом не было пошлости, я не испытывала брезгливости, наоборот, так отчаянно ждала взрыва его удовольствия, хотелось утонуть в темноте его шального взгляда и испить его до самой последней капли.

Эти мысли и собственная безудержная фантазия раздували во мне пламя все сильнее. Я дрожала, чувствуя, как каменеют мышцы, как скрутило низ живота, а по бедрам стекает моя влага возбуждения.

Вот всё с ним не так… Всё!

Всё с ног на голову переворачивается.

Мы словно за ручку прогуливаемся по минному полю, готовые принять погибель с блаженством на лицах.

– В кабинет… – прохрипел резко, уж как-то слишком ловко подхватил он меня на руки, заставляя выпустить красивый ровный член изо рта.

И через мгновение я спиной шлёпнулась на холодные простыни, а пульсирующий ствол настойчиво уже толкался в рот. И я впустила… Кирилл медленно, осторожно погружался, наслаждаясь моей покорностью и готовностью принять всё…

А в голове металась мысль: «В кабинет?» И не успела я додумать, как челюсть моя раскрылась шире, потому что его горячий язык стал собирать всю влагу, которой я сочилась.

Он так крепко держал мои бёдра, придавливая всем весом к кровати, что единственное, чем я могла шевелить – головой, свисающей с края.

И это был второй акт.

Кровь рванула к складочкам, клитор болезненно пульсировал под его ласками, и казалось, меня сейчас разорвёт на кусочки, но как же я была неправа…

Чибисов, как искусный фокусник играл на всех чувствительных точках моего тела.