Семья для мажора

Мне хотелось заткнуть уши и накрыть лицо подушкой, потому что меня тошнило даже от звуков и от воздуха.

Я чувствую себя недееспособной. Бесполезной. Плачу по поводу и без, психую.

Если Дубцов решит со мной развестись, мне даже возразить будет нечего, ведь я не выполняю ни одной супружеской обязанности.

Они с дедом уже неделю сами готовят еду. Сами стирают одежду и моют посуду. Сегодня утром мы с Кириллом вообще поругались. Вернее, это я с ним поругалась из-за того, что в три часа ночи ему позвонил “неизвестный номер”, разбудив нас обоих, и я прекрасно слышала женский голос на том конце провода. Он разговаривать с ней не стал, обсуждать ситуацию тоже. Просто сделал вид, будто этого не было и вопрос исчерпан.

Вот так он ведет себя! Устанавливает свои правила, которые не проломишь даже тараном. Вот что значит быть женой Дубцова. Это значит каждый день входить в стену, и эта стена ни на сантиметр не сдвинется, если что-нибудь решила.

Если я хотела спокойной жизни, стоило выйти замуж за кого-нибудь другого.

— Фффф… — вскрыв пакет с сушеными кальмарами прямо в торговом зале супермаркета, отправляю немного в рот.

Уже неделю я только ими и спасаюсь. Я не знаю, как долго продлится мое вегетативное состояние, но я, кажется, на пределе.

Я не думала, что быть беременной — такое испытание.

— Анюта, — слышу за спиной голос Натальи Семёновны. — А розмарин у вас есть?

Развернувшись, кладу в нашу общую тележку минеральную воду и честно отвечаю:

Я не могу думать ни о чем, кроме того, что выгнала Дубцова из “нашей” постели и отправила его спать на диван в большой комнате, а утром он умчался по своим “делам” пока я спала.

Я раз пятьсот хотела ему написать, но меня злит то, что с ним невозможно вести переговоры. Мы женаты три с половиной недели. Может, мы вообще зря поженились?

Я так ему и сказала, прежде чем выгнать из комнаты.

Морщусь, проглатывая кальмара.

— Может быть, подождешь меня на улице? — участливо спрашивает бабушка Кирилла.

— Нет… — поднимаю на нее глаза. — Все нормально…

Она не очень-то верит, учитывая то, как ее глаза всматриваются в мое лицо.

Я выгляжу ужасно. У меня синяки под глазами, а волосы похожи на птичье гнездо. По крайней мере я засунула себя в джинсы и свитер, а не отправилась за покупками в пижаме.

Я хотела прогуляться. Просто выбраться из дома.

Я не знала, что она в городе. Мой муж не предупреждал. Она уже была у нас на этой неделе. Приготовила ужин. Не знаю, чем еще они все занимались, потому что тот день был из разряда особенно дерьмовых, и я почти не выходила из комнаты.

— Что сказал твой врач? — она кладет руку мне на плечо и легонько сжимает.

Сморгунов непрошенные слезы, бормочу:

— Что… кхм… — смотрю на пачку кальмаров у себя в руке. — С моими анализами полный порядок.