Сердце Дракона

Агвар вместе с сестрой Талесией переглядывались и держали руки рядом с волшебными атрибутами.

Одни только лишь сопровождающие Хаджара, включая принцессу, никак не изменились в лице. Хотя в случае с Эйненом это вообще было не возможно.

— Ты отказываешь мне в этом одолжении, юный Хаджар? — Брустр покраснел едва ли не сильнее, чем когда его оскорбил глава дома Тарез, который в данный момент спокойно попивал виноградный сок. — На моем же празднике? В моем же доме?!

— Отказываю, — кивнул Хаджар. — в этом нет никакого смысла, достопочтенный глава дома Хищных Клинков. Ваше искусство не сравниться с мастерством моего Учителя.

Я же сам, пока, не достоин того, чтобы защищать его имя в подобного рода поединках. Если вы обратитесь ко мне через несколько веков, то, наверное, я смогу продемонстрир…

Хаджар прекрасно видел, как Брустр потянулся в карман за торчащей оттуда перчаткой. Он видел, как белая кожанная вещь, взлетев в воздух, понеслась к его лицу.

Он мог его остановить. Мог уклониться. Мог, даже не обнажая меча, обратить её, вместе с половиной зала, в пыль. Мог достать Синий Клинок и постараться в ту же секунду, неожиданным нападением, отправить Брустра к праотцам.

Но он этого не сделал.

Он позволил совершиться унизительному жесту.

Перчатка, шлепнув о губы, медленно, едва ли не гусиным пером, упала на пол.

— Подобные оскорбления, Хаджар Дархан, смываются в нашем обществе кровью! — прорычал Брустр Динос. — И я вижу своим священным долгом показать зарвавшемуся простолюдину каково истинное лицо аристократии!

— Что вы себе позволяете, Брустр! — Акена вышла вперед перед Хаджаром. — Немедленно принесите свои извинения! Вы не имели никакого морального права бросать вызов человеку, который лишь отверг ваше предложение!

— Морального — возможно, достопочтенная принцесса, — Брустр, обращаясь к принцессе, даже не думал кланяться, как того требовал этикет.

— Но не вы, и даже не ваш отец, не в силах лишить меня права, которое было высечено в камнях закона нашими далекими предшественниками. По законам Дарнаса любой гражданин, может вызвать иного гражданина на дуэль! А с недавнего времени ученики Тирисфаля, старший брат Баронессы Лидусской, являет гражданином Дарнаса!

По залу прошлись шепотки.

Слухи в столице распространялись быстрее, лесного пожара. Уже все прекрасно знали, что Хаджар был гораздо старше того возраста, который объявил при поступлении в школу Святого Неба.

Вот только одно дело — знать об этом и совершенно другое — сказать открыто и вслух. Этим Брустр буквально бросил в лицо ректору школу тот факт, что его обвел вокруг пальца выходец с таких дальних рубежей страны, что её жители даже не являлись подданными Императорской короны.

— Как и он имеет право отказаться, — прошипела Акена.