Сердце волка

Но парень ей взаимностью не отвечал, да и не замечал он дочери колдуньи, у него ведь была Аррана.

Разозлилась девушка на Тара, пошла к матери и попросила их обоих со свету сжить. «Пусть им никогда не будет счастья», — так она сказала. И колдунья выполнила просьбу дочери. Ночью, когда сгустился мрак, она произнесла древнее заклятье, превращающее человека в зверя.

Проснувшись утром, Тар и Аррана поняли, что стали волками. Никто не мог узнать их в новом обличье, половина деревни взяла оружие, чтобы убить непрошенных гостей.

Они бежали, спаслись с огромным трудом.

Они хотели жить и быть вместе, и это чувство гнало их вперёд. Сутки они неслись, куда глаза глядят, и лишь к ночи, устав, остановились в первом попавшемся лесу.

Только наутро Аррана и Тар осознали весь ужас своего положения. Они стали волками, но продолжали мыслить, как люди. Они хотели есть, но не умели охотиться. Они хотели поговорить, но могли лишь рычать.

Как думаешь, какая мысль спасла их, Дэйн?

Когда Форс замолчал, юный оборотень не сразу понял, что он задал вопрос именно ему. А, осознав это, задумался.

Рядом тихо стрекотали насекомые, Чара под ногами аппетитно хрустела косточкой, Аравейн продолжал раскуривать пряно пахнущую трубку, а звезда по имени Аррана взволнованно сверкала в вышине, словно действительно ждала ответа Дэйнара.

— Они были вместе, — сказал юноша, улыбнувшись небу. — Пусть заколдованные, обращённые в волков, отверженные… но они были вместе.

Дэйн даже немного завидовал Арране и Тару. Неважно, существовали они или были лишь легендой — он завидовал им. Всю жизнь ему отчаянно не хватало кого-то рядом. Того, кто любил бы, несмотря на горести и невзгоды.

Аррана и Тар были друг у друга. И это единственное, что казалось по-настоящему важным Дэйнару.

— Верно, — продолжил Форс. — Они были вместе. И начали новую жизнь, как бессловесные волки. Тар вырыл большую нору под огромным светлым камнем на широкой, просторной поляне — эта нора стала их домом. Со временем они научились понимать друг друга без слов, только по взгляду.

Потом Аррана забеременела. И в ночь, когда родились их первые волчата, лес проснулся.

Форс улыбнулся, но Дэйнар, пока плохо знакомый с магией, лишь нахмурился.

— Я объясню, Дэйн, — не дожидаясь вопроса, заметил Аравейн, выпустив в небо очередное колечко дыма от трубки. — Такое иногда случается. В земле заключена огромная энергия, неисчерпаемая магическая сила, но у силы этой нет направления и нет цели, поэтому чаще всего она спит. Но бывает, что просыпается. И тогда случаются странные вещи. Огромная сила, дремавшая до того момента в Арронтаре, пробудилась в ту ночь, когда Аррана и Тар любили друг друга, как никогда прежде.