Сердце волка

Испещрённое шрамами лицо Форса застыло, словно маска. Ледяная маска безмолвия.

На вопрос Дэйна в итоге ответил Аравейн.

— В ту ночь, когда Аррана родила впервые, Арронтар подарил ей, Тару и всем их будущим детям своё благословение. Но однажды лес пожалел об этом.

— Нет, — маг покачал головой. — Арронтар просто забрал своё благословение, не отнимая при этом вторую ипостась. Всё остальное вы потеряли, Дэйн. Или забыли, что в принципе почти одно и то же.

— А это… — юноша запнулся, — как-то можно вернуть? Вспомнить?.. И вообще, что именно мы потеряли? Ведь оборотни по-прежнему умеют обращаться, и они сильны… И почему лес так рассердился на нас?

— Слишком много «почему» на сегодня, — улыбнулся Аравейн, вытряхивая на землю пепел из трубки.

— Пойдёмте в дом, уже пора спать. Я обязательно отвечу на твои вопросы, Дэйн. Обязательно отвечу… когда придёт время.

Утром следующего дня Дэйнар проснулся от того, что Чара восторженно вылизывала шершавым языком его лицо.

И как только он открыл глаза, то сразу понял — Аравейна в Нерейске больше нет. Каким образом Дэйнар почувствовал, что маг уже покинул город, юноша не знал.

Но убедился в своей правоте, когда вышел из своей комнаты и нашёл на столе записку.

Дочитывая последнюю строчку, Дэйнар вдруг осознал, что улыбается. Удивительно, но этим письмом Аравейну удалось прогнать грусть, возникающую каждый раз, когда он думал о том, что беловолосый маг, успевший стать за неделю по-настоящему родным, скоро уедет на неизвестный срок.

— Не переживай, — послышался позади голос Форса, уже бодрствующего, несмотря на ранний час. — Мы действительно скоро снова увидим эту старую седую псину.

— Кстати, — рассмеялся Дэйнар, оборачиваясь к наставнику, — а почему вы с Аравейном так странно здороваетесь друг с другом при встрече?

— Странно? — Форс на мгновение нахмурился, но тут же понял, о чём говорит оборотень, и фыркнул.

— Ну, старая шутка. Мы когда-то давно, когда было нечего делать, поспорили. Решили выяснить, кто придумает больше извращённых оскорблений по отношению друг к другу. С тех пор и повелось.

— Дружба, Дэйн. Дружба победила.

Маг отвернулся и начал рыться в шкафу с книгами, бормоча про себя что-то вроде: «Где же она… Нет, не то… И это тоже…»

— Ты меня магии Разума будешь учить?

— И ей, — кивнул Форс, не отрываясь от поисков в книжном шкафу.

— Но пока тебе азы обычной надо преподать… Я, вообще-то, стихийник, так что Свет тебе придётся самостоятельно изучать. Или Изорда попрошу, есть у нас тут такой специалист по части Света. Но ты, конечно, в первую очередь маг Разума, Дэйн, помни об этом.

Форс, зарывшись в шкаф с головой, не обращал ни малейшего внимания на книги, поминутно сваливающиеся сверху ему на макушку.