Север и Юг

 — Уверена, что он глубоко переживал…

— Замолчи хоть на миг! Не слышу, что говорит леди! — сердито закричала миссис Бучер на годовалого малыша, снова повернулась к Маргарет и виновато пояснила: — Постоянно твердит два слова: «папа» и «хлеб». Хлеба у меня нет, а папа нас бросил и забыл. Это младший — любимец Джона.

Неожиданно женщина посадила ребенка на колени и принялась нежно целовать. Чтобы привлечь внимание, Маргарет положила ладонь ей на рукав. Взгляды их встретились, и она медленно проговорила:

— Бедный мальчик! Отец так его любил!

— Почему любил? И сейчас любит, — возразила миссис Бучер, поспешно поднявшись и повернувшись лицом к Маргарет.

Молчание длилось несколько мгновений, а потом несчастная мать заговорила тихо и настойчиво, с каждым словом все глубже погружаясь в отчаяние:

— Он по-прежнему любимец отца, уверяю вас. Бедняки тоже любят своих детей. Почему вы молчите? Почему так странно смотрите на меня? Что с Джоном?

Несмотря на слабость, она встряхнула руку Маргарет, пытаясь добиться ответа, и в тот же миг все поняла.

— О боже! — простонала несчастная и без сил опустилась в кресло.

Маргарет подняла ребенка и, передав матери, проговорила негромко:

— Он любил младшего сына.

— Да, — тяжело вздохнула вдова. — Он всех нас любил и был для нас защитником. Джон заботился о нас. Конечно, малыш есть малыш, но он любил и меня, а я любила его. А то, что ругала всего пять минут назад, ничего не значит. Вы уверены, что он… Может, просто тяжело заболел или еще что… Я ведь и сама давно болею, а как-то живу.

— Нет, он мертв… утонул!

— Бывает, что утопленников откачивают.

Что же я сижу здесь, когда надо бежать? Иди, милый, иди! Возьми что-нибудь и поиграй. Только не плачь, не рви сердце! Где же мои силы? О, Джон! Мой муж!

Маргарет, чтобы не дать несчастной упасть, села в кресло, посадила ее на колени и обняла. Старшие дети начали понимать смысл происходящего и в страхе собрались вокруг. Соображали они медленно, но когда в конце концов осознали, что с отцом случилось самое страшное, то подняли такой отчаянный рев, что Маргарет едва не сбежала, заткнув уши. Маленький Джонни кричал громче всех.

Миссис Бучер по-прежнему неподвижно сидела в объятиях Маргарет, когда в дверь тихо постучали.

— Открой, скорее открой, засов задвинут, — попросила мисс Хейл старшего мальчика. — Только не шуми. Пусть они осторожно, тихо поднимутся в спальню. Она в обмороке: может, ничего не услышит.

— Тем лучше для бедняжки, — добавила вошедшая вслед за носильщиками женщина. — Но вам тяжело ее держать. Подождите, сейчас принесу подушку, и уложим ее на пол.

Помощь энергичной соседки подоспела вовремя.