Север и Юг

Итак, в ее представлении он ничем не отличался от распоясавшейся черни, а вот тот мужчина, тайный любовник, ни с кем не делил ее преданность: взгляды, слова, прикосновения, лживые утверждения принадлежали только ему.

Торнтон сознавал, что еще ни разу в жизни не испытывал столь острого раздражения. Каждый, кто потревожил бы его сейчас вопросом — пусть даже по делу, — получил бы короткий резкий ответ, похожий на собачий лай. Мысль о собственной слабости унижала тем больнее, что он неизменно гордился умением в любой обстановке держать себя в руках, поэтому пришлось замкнуть жгучую ревность в жесткие рамки спокойной медлительности, хотя от этого стало еще хуже.

Итак-то не слишком разговорчивый дома, теперь он постоянно молчал и целыми вечерами мерил шагами комнату. Если бы что-то подобное позволил себе кто-то другой, миссис Торнтон давно бы возмутилась, но в конце концов даже возлюбленный сын исчерпал ее терпение.

— Может, все-таки остановишься и на минуту присядешь? Хочу кое-что тебе сказать, но пока не прекратишь ходить из угла в угол, не смогу выдавить ни слова.

Джон немедленно сел на ближайший стул.

— Хочу поговорить о Бетси. Она собирается уволиться. Говорит, что смерть жениха настолько ее потрясла, что все валится из рук.

— Значит, надо поискать новую повариху.

— Мужской взгляд на проблему. Дело не только в стряпне, а в том, что она знает все порядки в нашем доме. Так вот, она поведала мне кое-что о твоей подруге мисс Хейл.

— Мисс Хейл мне не подруга: мой друг — мистер Хейл.

— Рада слышать, потому что в противном случае слова Бетси тебя бы огорчили.

— Так позволь же наконец их услышать, — попросил Джон с обычным для последних дней неестественным спокойствием.

— Бетси сказала, что тем вечером, когда жених — не помню его имени, она всегда говорит просто «он»…

— Тем вечером, когда Леонардса в последний раз видели на станции — то есть на службе, — мисс Хейл прогуливалась там с молодым человеком, который, как считает Бетси, и убил ее жениха: то ли ударил, то ли столкнул.

— Леонардс погиб не от удара.

— Откуда ты знаешь? — удивилась миссис Торнтон.

— Знаю, потому что судебный врач сказал, что покойный страдал тяжелым хроническим заболеванием, вызванным чрезмерным пристрастием к алкоголю. Состояние значительно ухудшилось после посещения пивной, так что причина не в падении.

— Падение? Какое еще падение?

— Он свалился с платформы — как раз об этом тебе и поведала Бетси.

— Значит, его все-таки толкнули?

— Поскольку по заключению экспертизы причин открывать дело не было, ничего не могу сказать.