Север и Юг

Мы с ней так хорошо знакомы, что она не усомнится в моем сочувствии лишь потому, что мне не удается его выразить». А он предупредил: «Смотри, времени у тебя не много, старина. Она не останется здесь ни на мгновение дольше, чем необходимо. Богатые родственники увезут ее в Лондон, и конец». — «Если не получится встретиться до отъезда, весной непременно поеду в Лондон. Никакие родственники не помешают попрощаться по-человечески», — возразил я ему. Но храни вас Господь, я знал, что придете, а всю эту чепуху, будто уедете, не простившись, придумали для хозяина.

— Ты абсолютно прав, — согласилась Маргарет. — Уверена, что и ты нас не забудешь, даже если никто в Милтоне не скажет о нашей семье ни слова, обязательно вспомнишь и меня и папу. Тебе хорошо известно, как он был добр и чуток. Смотри, Хиггинс! Это Библия. Хочу подарить ее тебе. Очень жаль расставаться, но папа был бы рад, если бы ты время от времени читал отдельные главы. Уверена, что будешь свято чтить его память.

— Это уж точно. Попроси вы прочитать ради вас и старого джентльмена даже бесовские письмена, и то прочитал бы. Что это, мисс? Не собираюсь брать от вас деньги, даже не думайте. Мы давно дружим, и ни разу между нами не встревали деньги.

— Это для детей Бучера, — поспешно пояснила Маргарет. — Им понадобятся. Ты не можешь отказаться: тебе здесь не предназначено ни пенни. Так что не сомневайся.

— Ах, мисс! Могу сказать одно: благослови вас Бог, и аминь!

Глава 44. Покой, но не мир

Покой и тишина дома на Харли-стрит в период восстановления Эдит после родов подарили Маргарет тот естественный отдых, в котором она остро нуждалась. Появилось время обдумать и принять внезапные перемены, случившиеся в жизни за последние два месяца. Она оказалась обитательницей роскошного особняка, толстые стены которого надежно защищали от любых забот и тревог. Безупречно смазанные колеса повседневной жизни вращались с восхитительной легкостью. Миссис Шоу и Эдит не могли наговориться с Маргарет и постоянно твердили, как они рады ее возвращению домой. Она же винила себя в неблагодарности: в глубине души таилось чувство, что приход Хелстон и даже маленький дом в Милтоне — с постоянно встревоженным отцом, больной матерью и жалкой суетой сравнительной бедности — воплощали в себе идею дома. Эдит спешила встать с постели, чтобы наполнить комнату кузины всевозможными милыми пустяками и удобствами, без которых сама не умела обходиться. Миссис Шоу с помощью горничной посвятила себя восстановлению гардероба племянницы до состояния элегантного разнообразия. Капитан Леннокс держался легко, радушно и любезно. Час-другой проводил рядом с женой в ее комнате, еще час играл со старшим сыном, а остальное время убивал в клубе — в том случае, если не был приглашен на обед.