Шолохов. Незаконный

Тем более что смерть – это слишком легко. Надо было унизить, раздавить Шолохова и лишь затем убить. Если тот всё-таки рискнёт написать Сталину снова, мог предположить Ежов, подозрения падут в том числе и на Двинского, с которым Ежова ничего не связывало. Зато подобная ситуация, сложившаяся снова, показывала, что даже в отсутствие Евдокимова, а также Шеболдаева, Люшкова, Дейча, Кагана на Шолохова продолжают поступать сведения. Значит, дело в самом Шолохове. Значит, с ним самим что-то не так.

Всё с ним не так. Пусть его убьют, товарищ Сталин.

В эти месяцы – сентябрь, октябрь – Ежов, как вспоминают, едва ли не каждый день отправлялся с очередным гостем к себе на дачу и пил там до самого утра.

Приезжал на работу к полудню еле живой. Просил кофе. Лежал на диване, неспособный работать. К обеду требовал коньяка. В трезвое состояние почти не возвращался.

На даче у него все эти два месяца жил… любовник. В прежние времена Ежов время от времени имел спорадические связи с мужчинами, но до такой степени распущенности не доходил. Мужчину Ежов поселил в своём доме впервые. В Советском Союзе за это полагалась статья.

При этом на даче всегда находилась многочисленная прислуга и охрана.

Кажется, Ежов сходил с ума.

Связь жены с Шолоховым была не первой и не единственной причиной его жесточайшей депрессии. 22 августа в НКВД у него появился заместитель – переведённый из Грузии Берия. Об этом назначении Сталин с Ежовым даже не советовался: просто поставил перед фактом. Зная упрямый и деспотичный характер Берии, Ежов понимал, что конфликт между ними неизбежен.

И в этом конфликте уже терпел поражение.

Был у Шолохова и Лугового в ту пору один замечательный знакомый: Иван Семёнович Погорелов.

Уроженец хутора Патроновка станицы Митякинской, 1904 года рождения. Из крестьянской семьи. В семь лет остался без родителей. Вырос у бабушки в станице Митякинской. В 16 лет уехал в Луганск, чтобы учиться, но попался на глаза местным чекистам и они предложили Погорелову работу в их ведомстве.

Пройдя курсы подготовки, Погорелов был внедрён в один из повстанческих отрядов. Однажды повстанцы опознали в нём работника ЧК и тут же приговорили к расстрелу. Погорелов ухитрился бежать прямо от расстрельной ямы, но был ранен в ногу.

Вылечившись, вернулся к прежней работе. Лично задержал командира одного из повстанческих отрядов – бывшего полковника белой армии. Однажды под Еланью дом, где находился разведчик Погорелов, окружили около полусотни повстанцев. Он два часа отстреливался – пока не подошли свои.

В сохранившемся военном билете Погорелова было записано: «10.1.20–12.1922 г. Уполномоченный по борьбе с бандитизмом и командир особого назначения отряда. В боях с белобандами в 1920—21 г. три ранения».