Скандал ей к лицу

– Клянусь душой! Это же совсем не по правилам, – запротестовал лорд Бекуорт. – Вы должны предоставить вашим секундантам сделать попытку решить дело миром.

Джулиан ни на шаг не изменил своей расслабленной позы у стола, но глаза его не отрывались от лица Тиндейла и выражение их было, как у тигра, готовящегося к прыжку.

– Может быть, это не по правилам, – сказал он, – однако требования протокола соблюдены. К тому же нам повезло, и здесь присутствуют врач и, кроме секундантов, весьма респектабельные свидетели. Так что ничто не мешает дуэли состояться здесь и сейчас.

Тиндейл коротко кивнул.

– Я согласен. Секундантам нечего обсуждать.

Обратившись к Чарлзу, Джулиан сказал:

– По-моему, у тебя имеется парочка отличнейших шпаг. Мы их и возьмем. – Он брезгливо приподнял губу – Если конечно, у Тиндейла и его секундантов нет возражений.

– Никаких, – произнес Тиндейл, мысленно проклиная себя за то, что упустил преимущество.

– Тогда, пока Чарлз отправляется на поиски шпаг, давайте приготовимся, – объявил Джулиан.

Было ясно, что делать нечего: дуэль состоится здесь и сейчас.

Когда Чарлз отправился за шпагами, остальные джентльмены, некоторые выражая недовольство, другие высказывая опасения, но все взбудораженные происходящим, а кто-то даже заключая пари на исход схватки, стали быстро расчищать комнату. Канделябры отставили подальше, столы передвинули в дальний торец, а стулья убрали с дороги, пока не освободилось обширное пространство посередине большой комнаты, открыв взорам всю роскошь многоцветного узора дорогого турецкого ковра. Чарлз вернулся со шпагами, и секунданты, тщательно рассмотрев, признали их вполне пригодными Дуэлянты и секунданты после этого разошлись по противоположным концам комнаты, свидетели выстроились вдоль стен.

– Ты сошел с ума? – прошипел Маркус, когда они с Джулианом и Чарлзом остались наедине.

Снимая сюртук, Джулиан пробормотал.

– Мы же все согласились, что он заслуживает смерти.

– Да, но кто решил, что этим должен заняться ты? Чарлз и я справились бы с этим не хуже. У тебя ведь есть обязанности... Или ты забыл о своей жене? О ребенке которого она носит?

Взяв из рук Чарлза шпагу, Джулиан ответил:

– Я не забыл о них и верю, что если случится худшее, вы с Чарлзом о них позаботитесь. – Он помедлил, и болезненная гримаса промелькнула на его лице. Думать о Нелл и ее горе сейчас было без толку. И не время было в эту минуту размышлять о разумности его поступка. Ему нужна была ясная голова, но покинуть Нелл без прощального слова он не мог и, сделав глубокий вздох, сказал: – Если я умру, скажите моей жене, что я ее люблю. Она дала мне неизмеримую радость, и моя последняя мысль была о ней и нашем ребенке.

– Ад и все его дьяволы! – взорвался Маркус.