Скажи, что любишь

В данном случае неведение было благом, а знание — невыносимой мукой.

Эшфорд ушел есть. Нормальный поступок посреди кошмара. Интересно, быстро он ест или нет? Сколько у нее времени, прежде чем лорд вернется и «приступит к инициации»?

Попыткой побега она лишь отдалила свои мучения. Как оказалось, это входило в его планы. Подобные отсрочки являлись составной частью любимой игры. Но больше, похоже, отсрочек не будет. Эшфорд мог вернуться в любую минуту.

Джон все еще был здесь. Ему велели завершить подготовку, и слуга приступил к выполнению задания. Он перевернул девушку на бок и развязал руки, при этом явно стараясь сделать ей побольнее.

Затем освободившиеся было руки беглянки урод привязал кожаными ремнями к кровати.

Девушка и без того была не состоянии сопротивляться. Кисти онемели и не слушались после того, как их так надолго завернули за спину.

Закончив, Джон вышел из комнаты. Келси слышала, как он возится с замком соседней камеры. Одновременно раздались жалобный плач и причитания, которые затихли вместе с хлопком двери.

Келси содрогнулась. Боже милосердный, пленницы приходят в ужас при одном появлении Эшфорда или его слуги!.

. Девушка поняла, что здесь ей долго не выдержать. Если каждый день будет приносить лишь новые мучения, она просто сойдет с ума.

Джон вернулся и уложил на живот связанной беглянки три хлыста различной длины и конструкции, а также большой нож.

Вот они, инструменты Эшфорда. Келси подняла голову, чтобы лучше их рассмотреть. По необъяснимой причине она не могла оторвать глаз от орудий пытки. Ее снова начало тошнить.

— Не волнуйся, крошка, он тебя, конечно, малость порежет, но для меня всегда останется лакомый кусочек. Я ведь не привереда какой-нибудь.

Девушка посмотрела слуге в глаза. Оказывается, они у него голубые, даже очень голубые. Общее уродство не позволяло этого сразу заметить.

Келси как-то забыла о том, что после Эшфорда она достанется Джону. Будет ли это вообще ее волновать?

Урод не стал на нее глазеть и вышел из комнаты. Он закрыл за собой дверь, но не запер ее на замок. Лампа продолжала гореть. Чтобы жертва могла видеть принесенные инструменты?

Едва дверь закрылась, Келси резко напряглась, и хлысты вместе с ножом полетели на пол. Но, сбросив их с тела, она не избавилась от них насовсем.

Девушку снова охватила дрожь. Наверное, ее все-таки освободят от кляпа. Что, если сразу же завизжать во все горло? Хуже, во всяком случае, не будет.

Ремни не поддавались. Келси извивалась, дергалась и тянула, но узлы не ослабевали.

Дверь отворилась снова — казалось, что не прошло и нескольких минут. На пороге стоял Эшфорд. Похоже, он решил поторопиться с едой.

От страха Келси окаменела. Эшфорд взглянул на валяющиеся возле кровати инструменты и цыкнул зубом. Затем наклонился и поднял нож.