След бури

 — Просто парни хотели сходить к реке, изловить зайцев или куропаток. А наткнулись на медведя-шатуна. Перепужались — жуть. Чуть свои луки по дороге не растеряли.

Среди верегов пронёсся тихий гогот.

— Медведь никого не помял?

— Да куда там. Они быстро сбежали. Теперь только и осталось, что порты сушить.

Ватажники снова засмеялись, но смолкли под укоризненным взглядом Хальвдана, который, впрочем, тоже силился сдержать улыбку. Кирилл махнул рукой, разрешая верегам идти.

— Вот же балбесы, — пробормотал он.

— Я уж думал, снова какая беда, — покачал головой Хальвдан, глядя туда, где ещё не стихла суматоха и собралась гурьба воинов, чтобы послушать рассказ неудачливых охотников.

 — А медведь, это хороший знак.

— Шатун рядом с лагерем — хороший знак?

— Хороший, — загадочно повторил воевода, усмехаясь чему-то, что ведал только он. — Близко не сунется, слишком много народу. Только дозорным надо быть осторожнее.

Покивав своим мыслям, Хальвдан направился к себе. Кирилл посмотрел ему вслед, но останавливать не стал. У верегов свои Боги, свои поверья — кто знает, может, появление медведя и правда считается у них благим знамением.

Оно и хорошо, коль это поднимет дух хотя бы северян. Пусть в пути они особо и не унывали. Знать, верили, что те, кому предначертано выжить в бою — выживут, а кому умереть — погибнут, как ни вертись.

В очередной раз подивившись чудному отношению верегов к жизни и смерти, Кирилл вернулся в шатёр.

Отведённое для войска время на отдых пролетело в мгновение ока. Грянули поутру голоса сотников, зашумели кмети. Кирилл перевернулся на спину, разминая затёкшие в неудобной позе мышцы. Почти всю ночь он не сомкнул глаз.

Не беспокоили его скверные сновидения и предчувствия, не было страха и сомнений перед грядущим боем. Просто спать совсем не хотелось. Он готов был кинуться в схватку, не дожидаясь уговоренного часа, и постоянно ворочался с боку на бок. Даже Лешко, спящий у дальней от него стенки шатра, проснулся и спросил, не надо ли чего. Впрочем, засопел он снова ещё до того, как выслушал отказ.

Кирилл полежал, глядя в темноту, что комком ещё залегала под сводом шатра, пока сердце не отозвалось холодом на мысль о предстоящем сражении. Остатки смятения и тревоги ушли.

Теперь его просто переполняли хладнокровие и спокойствие. Самый подходящий настрой, чтобы двинуться дальше. Скомандовав Лешко нести воду для умывания, Кирилл откинул одеяло и встал.

Скупой свет разожжённых тут и там костров наполнял лагерь мельтешением теней и тёмных фигур кметей. Подчиненные строгому порядку, под присмотром воевод и сотников, воины облачались в доспехи, проверяли оружие и щиты, собирали провизию в дорогу. Отроки с немного растерянными лицами помогали там, где нужно.